Главная » 2011 » Август » 3 » Реформа для Буратино? Вторая часть (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
11:10
Реформа для Буратино? Вторая часть (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
Модернизация ЖКХ, о которой так много говорят в последнее время, неизбежна. Правда, говорят в основном о ее плюсах, рисуя радужные перспективы обновления наших многоквартирных домов. Мол, в результате «апгрейда» дома мы получим, самое малое, 10 лет надежности нашего общего имущества, включающей в себя тепломодернизацию дома - ремонт кровли, капитальный ремонт фасада с утеплением, ремонт инженерных сетей в подвальном помещении, установку автоматизированного теплового пункта. А это, в свою очередь, сулит нам существенную экономию средств при оплате за тепло – от 10 до 30 процентов по сравнению с «дотепломодернизационным» периодом.
Ну кто будет против такого «шик-модерна»? Разве только какой-нибудь ничего не смыслящий в модернизации Буратино. Давайте с его позиции и посмотрим на предстоящие в ЖКХ перемены.


Итак, как мы помним (смотри мою предыдущую публикацию) Буратино снова должен «закопать в землю» - положить на сберегательный счет – от двух до пяти тысяч тенге (с учетом запланированного ремонта денег), и делать это он должен будет ежемесячно в течение определенного количества лет (точнее будет сказано в договоре, заключенном между КСК (или КСП), подрядчиком (или субподрядчиком) и социально-предпринимательской корпорацией (или уполномоченной организацией-генподрядчиком). Что в результате получил Буратино, мы помним из хорошо известной всем сказки. Но, наученный горьким опытом (как и все мы – 20-летним опытом жизни в условиях КСК), Буратино уже не хочет лишь ограничиваться закапыванием своих денежек – ему подавай гарантии преумножения своих монет (в нашем случае гарантию качественного, на долгую перспективу, «второго дыхания» старого дома). А тут возникает немало вопросов, на которые проводники идеи модернизации ЖКХ не дают четких ответов.
Главный из вопросов - деньги. Скажите, ежемесячно платя по квитанциям КСК или КСП, вы ясно понимаете, на что именно идут ваши коммунальные платежи? Можете ли вы сказать, что контролируете эффективное использование положенных вами в каэсковскую кассу денег? Видите ли вы результат ваших вложений на примере собственного дома? Вопросы риторические.
А как бы не оказаться в роли Буратино всем нам теперь, когда нужно будет наряду с текущими платежами ежемесячно отчислять на спецсчет по две – пять тысяч тенге? Как бы так сделать, чтобы от каждой вложенной монетки была максимальная отдача в виде качественного ремонта дома и чтобы при этом монеток было вложено столько, сколько надо на этот самый «апгрейд» дома?
Нам говорят, при модернизации ЖКХ контроль будет вестись, прежде всего, самими жильцами (или их представителями в КСК). Спасибо, конечно, за доверие, но это мы уже проходили. Коллективный контроль сродни коллективной безответственности, результат которой всем известен еще до начала общественного надзора. Ну, право слово, что мы с вами, не будучи специалистами, занятые своими основными трудовыми обязанностями, наконтролируем? Это напоминает мне модные у нас парадные выезды на реконструируемый водовод: власть получает все основания говорить о народном контроле над укладкой труб, а сам народ в лучшем случае может сказать о реконструкции лишь то, что скажут ему во время экскурсии гиды-специалисты. И это понятно: ну не является «народ» экспертом в строительно-монтажных подземно-надземных работах.
Что же касается представителей КСК, то и там специалистов по тепломодернизации домов нет. Да и не верю я им, поскольку и сейчас их деятельность в разумном расходовании моих ежемесячных платежей на содержание дома остается для меня неразгаданной загадкой. Где гарантия, что не «споются», на определенных условиях, самые алчные из них с подрядчиком или субподрядчиком – и не закроют глаза, например, на некачественный строительный материал?
Нам говорят: контроль за ремонтом, а также за эффективным расходованием взносов будет и со стороны СПК (или созданных государством ТОО и АО). А кто, скажите, будет контролировать их – всех этих не зависимых от нас посредников между деньгами и конкретным домом? Что при таких посреднических связях (акимат области – акимат города – СПК (уполномоченная организация-генподрядчик) – подрядчик (субподрядчик) - КСК - дойдет до конкретного жилого дома, можно только гадать. Сколько наших денег останется (останется ли?) у СПК? Во сколько оценит свое посредничество (зачем оно?) уполномоченная организация-генподрядчик? Как распорядится нашими деньгами подрядчик? И как субподрядчик будет «улаживать» все спорные вопросы с руководством КСК? Не получится ли так, как сейчас зачастую бывает в КСК, когда большая часть собираемых с жильцов денег уходит на содержание штатных работников кооператива, а оставшееся размазывается на неизвестно куда текущее содержание домов?
И сколько в таком случае останется собственно на то, ради чего и затеяна вся эта революционная модернизация ЖКХ, - на капительный ремонт дома? Ну не верю я, что все эти «стражи» на пути между деньгами на сберегательном счете и ремонтируемым домом «ужмутся», чтобы как можно больше оставить народу на ремонт. А ведь и он не так вот сразу делается, как сказка про Буратино сказывается. Обязательными процедурами обоих механизмов ремонта многоквартирных домов являются разработка проектно-сметной документации, прохождение экспертизы и согласование дизайна фасада. Мы с вами знаем, что занимающиеся все этим специалисты очень высоко оценивают свою работу и внакладе остаться уж точно не захотят.
Наконец, нельзя сбрасывать со счетов элементарное человеческое воровство, без которого у нас не обходится ни одно большое дело (чем больше дела – тем больше воровства). И не зря ведь всей страной усиленно «боремся» с коррупцией и никак ее одолеть не можем. В новом деле, думаю, для нее тоже лаз найдется. Все это, мягко сказать, трудно контролируемые «механизмы».
Получается, самое очевидное, самое прозрачное, самое учитываемое – ежемесячное перечисление своих кровных на спецсчета – будем делать лишь мы (как это сделал Буратино в сказке), а вот распоряжаться нашими деньгами – распределять их, утверждать стоимость расходов, качество и цену строительных материалов, оценивать стоимость собственного труда – будут все те же лисы Алисы и коты Базилио.
С гарантией качества ремонта дома, говорят, будет так же, как и с гарантией на реконструируемый водовод, - 3 года. А что если через 3 года «шуба» со стен посыплется, крыша потечет, подвал затопит фекалиями – словом, тепломодернизация «расползется по швам»? Со всех этих неподконтрольных народу СПК, ТОО и АО спросить будет нечего, да и некому, поскольку, уж извините, гарантийный срок закончился, а мы, Буратины, оставшись на бобах, обязаны будем, в соответствии с заключенными договорами, еще в течение пяти – десяти лет выплачивать свои ежемесячные две – пять тысяч на покрытие собственных больших долгов перед государством (оно изначально делает нас «хроническими» должниками). При этом, если захотим залатать прохудившуюся после гарантийного срока крышу, должны будем снова скидываться на ее ремонт. Ведь следующая «тепломодернизация» не скорее, чем через 10 лет. Ну, если, конечно, мы раньше не захотим поиграть в эту всем известную игру Буратино с лисой Алисой и котом Базилио.
Ну нет у меня теплых чувств к КСК и, уж тем более, к ПК КСП - поэтому отдельный абзац посвящаю им. Зачем они мне при предлагаемых государством механизмах ремонта многоквартирных жилых домов? За ремонт всего, что в квартире, я плачу сам. На ремонт общедомового имущества – кондоминиума – теперь я буду делать обязательные ежемесячные отчисления. Ну, скажите, зачем мне тогда КСК и ПК КСП? Им в программе модернизации ЖКХ отводится роль деловых партнеров, представляющих мои интересы (читай: мои деньги и мои ожидания от ремонта) в отношениях с подрядчиком: открытие спецсчетов, оформление и заключение от имени жителей договоров, организация и проведение собраний, прочая «бумажная» работа.
То есть, по большому счету, ответственности никакой (поскольку непосредственно ремонт будут осуществлять сервисные компании), а возможности манипулировать деньгами и интересами жильцов (к примеру, их подписями, как это было во времена «добровольного» вступления в создаваемые КСК) – большие.
Судите сами. Собственники квартир должны внести в КСК первоначальный взнос в размере 15 процентов от общей стоимости ремонта дома. Широкие возможности открываются при таком подходе перед председателем КСК с нравом лисы Алисы и кота Базилио. Если, к примеру, на ремонт дома надо затратить 65 миллионов тенге, то, получается, в КСК надо будет принести около 10 миллионов тенге (обязательные первоначальные 15 процентов, без которых не начнется ремонт). И это только с одного дома, а их в некоторых наших КСК и КСП – десятки. И опять я вспоминаю того символического первого председателя КСК, который обогатился за счет бесконтрольности каэсковской кассы и, вмиг разбогатевший, скрылся в неизвестном мне направлении. Тут есть ради чего пуститься в бега. А нам, Буратинам, что, опять скидываться на внеочередные 15 процентов?
Конечно, каэсковским сборщикам наших денег можно и не бежать – а, к примеру, «взаимовыгодно» договариваться с подрядчиком, закрывая глаза на некачественный ремонт или дешевый строительный материал.
Нет, конечно же, наверняка, найдется и такой председатель, который не убежит, который не пойдет ни на какой сговор с подрядчиком, который работает ради одной только утвержденной собранием зарплаты. Но вдруг этот редкостный экземпляр обитает не в моем КСК?
Не больше доверия у меня и к другим предлагаемым авторами модернизации ЖКХ новообразованиям: из республиканского бюджета выделяются трансферты местным исполнительным органам. Акимат города создает специализированную уполномоченную организацию - ТОО или АО со 100-процентным участием государства. С учетом того, что именно ТОО (детище акимата), выступая генподрядчиком, выбирает (хоть и по согласованию с общим собранием владельцев квартир) субподрядчиков для выполнения ремонтных работ, я опасаюсь, что ремонт дома может превратиться в наем аффилированных фирм, когда чьи-то партнерские интересы могут подняться над интересами конкретного дома, жильцам которого отведена лишь роль Буратино в этой схеме «государственно-частного партнерства».
Пропагандисты предстоящей модернизации ЖКХ уверяют нас, что никакой аффилированности не будет, поскольку выбирать ремонтные компании будут сами жильцы на общем собрании. А как вы себе представляете поиск этих компаний жильцами? Скорее всего, если следовать логике предложенных механизмов ремонта домов, нам созданный акиматом генподрядчик сам предложит подрядчика (и один Бог знает, какие у них отношения). Знаю-знаю, можно и отказаться от такого предложения на том же общем собрании жильцов – найти другую ремонтно-строительную компанию и использовать взамен предложенных другие механизмы кредитования – например, через банк, через предпринимательские структуры с оплатой выполненных работ в рассрочку. А вы представляете себе, что кто-то из жильцов станет этим заниматься? Да и обойдется такой путь значительно дороже.
Конечно, при таком пессимистичном взгляде на вещи можно и отказаться играть роль Буратино. Но предусмотрительное государство учло и такой вариант. Как я уже говорил в прошлой своей публикации, не платить обойдется себе дороже: принятыми парламентом изменениями в действующее законодательство предусмотрен механизм ускоренного (решение суда будет принято в течение двух недель) и упрощенного (посредством судебного приказа) изъятия денег (имущества) у должников. Иные пропагандисты идеи модернизации ЖКХ пугают замышляющих не платить за ремонт кондоминиума даже отъемом квартир (естественно, через суд). Но нет ли здесь посягательства на конституционную защиту собственности, если, к примеру, человек исправно платит за содержание своей квартиры и при этом отказывается перечислять взносы на содержание общего имущества?
А как быть в тех случаях, когда человек соберется уехать из дома, в который уже вложил обязательные 15 процентов, а ремонт еще не начался (то есть запланированный к обновлению вторичный рынок жилья еще не вырос в цене. Хотя я не очень-то верю в то, что стоимость степногорских квартир после тепломодернизации сколь-либо заметно повысится)? Можно, конечно, заложить эти 15 процентов в стоимость продаваемой квартиры, но захочет ли переплачивать покупатель, который, кстати сказать, и сам не знает (нет пока на этот счет никаких разъяснений), нужно ли ему будет платить за ремонт дома с нуля. А если он вселится в квартиру, бывший хозяин которой задолжал государству не 15, а 30, 50 процентов? Эти долги автоматически перейдут на нового собственника квартиры? А на кого перейдет долг в случае смерти владельца квартиры?
Общее темное место для меня во всей этой системе – жилищные инспекции (у нас в Степногорске такая структура еще не создана). Они, предположительно состоящие из инженеров-строителей и сметчиков, вроде бы, должны заняться обследованием состояния многоквартирных домов – провести их инвентаризацию, выявить наиболее аварийные дома. Наряду с обследованием объекта кондоминиума инспекторы возьмутся за определение очередности и перечня проведения отдельных видов капитального ремонта здания, согласование сметы расходов. Предполагается, что с появлением жилищной инспекции собственников квартир обяжут нести ответственность за объект кондоминиума. Видимо, инспекции возьмутся, с одной стороны, устанавливать степень жилищной помощи государства в ремонте дома малоимущим его обитателям и, с другой стороны, станут контролировать, как жильцы дома выполняют обязанности по его содержанию. Жилищные инспекции, подчиненные акиматовским отделам ЖКХ, скорее всего, будут первыми помощниками власти в работе по всеобщему включению народа в предстоящую модернизацию жилищно-коммунального хозяйства. Так что, «копите ваши денежки».
На первую мою публикацию нашлось немало откликов таких же Буратино, как и я, не желающих оказаться в дураках у хитроумных лис и котов. Нашлись и те, кто обвинил меня в подрыве идеи модернизации ЖКХ. Спасибо, конечно, за высокую оценку моего труда, но роль моя куда скромнее. Я просто отстаиваю свое право не оказаться в очередной раз в роли Буратино и, как многие наши читатели, хочу знать, в какой роли видит меня государство. Отсюда и вопросы, и сомнения, и недоверие. Да, есть среди нас и такие (и их немало), кто, пока его не пнешь, не пошевелится, кого за уши надо тянуть в новую, так радужно представленную жизнь. Но почему в своих «благих начинаниях» авторы реформ ориентируются на худшее? Есть же и другие примеры: есть дома и даже целые КСК (пусть как исключение), где без реформ и революций решаются все жилищные вопросы. О том, как это делается в одном из степногорских домов, а также о том, как модернизируют ЖКХ в других странах, читайте в следующем номере «Престижа».

Виктор МОЛОДОВСКИЙ
Просмотров: 513 | Добавил: Administrator | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar