Главная » 2013 » Февраль » 23 » Дети на дне (Надежда КАХАНОВА)
22:05
Дети на дне (Надежда КАХАНОВА)
Может показаться, что я специально взялась за эту тему именно теперь, после критики в адрес детской консультации, о чем наша газета писала в предыдущем номере. Не скрою, тема медицинской помощи детям интересует меня не только косвенно, как журналиста, но и напрямую, как человека, в чьей семье тоже есть маленькие дети. Но дело не только, и столько в этом. Если помните, уважаемые читатели, в одном из номеров газеты «Престиж» я рассказывала о семье, проживавшей вместе с сыном-школьником в буквальном смысле «на дне», то есть в подвале одного из жилых домов нашего города. С тех пор мне не давал покоя вопрос: а как живется в так называемых неблагополучных семьях детям самого уязвимого возраста – от рождения до двух-трех лет? Предыдущая публикация лишь поспособствовала моему участию в очередном медицинском обходе таких семей.
Итак, комиссия, включающая руководство детской консультации городской поликлиники, врача санитарно-эпидемиологического надзора, участкового 2 микрорайона и журналиста газеты «Престиж» отправилась в путь. Первая семья из нашего списка неблагополучных семей, на удивление, произвела впечатление вполне благополучной. Несмотря на то, что в семье трое детей, мама призналась, что не снимает с карточки ежемесячное пособие на ребенка – нет нужды. Она с готовностью предъявила комиссии большой ассортимент коробок и баночек с различным детским питанием, чем совсем успокоила врачей. Правда, в квартире отсутствовала детская кроватка, из-за чего малышу приходится спать на родительском диване, но это на фоне условий проживания детей из других семей показалось нам сущим пустяком. Осталось непонятным, почему данную семью включили в число неблагополучных, но с этим вопросом медики пообещали разобраться позже.
Зато уже следующее по списку семейство повергло членов комиссии, и меня в том числе, в настоящий шок. В небольшой комнате общежития №3, где вместе с мамой проживают четверо детей, убогую обстановку дополняли всего лишь две односпальные кровати. Мама – с нездоровым (по известной причине) лицом уверяла, что этого им вполне достаточно. На одной кровати вместе с нею спит младшая дочь, на другой – все остальные дети. Глядя на узкую кровать, я подумала, что втроем здесь можно спать только по очереди. Но сочувствие к многодетной, одинокой женщине, получающей государственное пособие на содержание детей в размере 16400 тенге, подавляло одно обстоятельство: на крохотном пространстве, где нищета сквозила из всех щелей и где самим хозяевам есть нечего, в 10 часов утра мама уже принимала гостей.
В другой комнате этого же общежития дверь нам открыла юная особа 18 лет от роду с синяком под глазом. В прокуренном помещении на диване спала ее 8-месячная дочка. Пряча от нас лицо, мамаша начала показывать, чем кормит ребенка, за что тут же получила нагоняй от заведующей участковой педиатрической службой Улпан Абильевой. Чай с молоком из бутылочки немедленно был отправлен в раковину. Как выяснилось, в свое время женщина получила от участкового педиатра памятку с подробным описанием, как и чем нужно кормить ребенка до трех лет, но мамаша, судя по всему, не следовала рекомендациям. Пришлось незадачливой мамаше выслушать мини-лекцию о том, как нужно варить для дочки кашу. На вопрос, почему своевременно не пришла с малышкой на прием к педиатру, мать ответила: «А как я пойду с синяком?». По поводу чего участковый заметил, что синяки на ее лице вовсе не редкость.
В третьей квартире, теперь уже в обычном доме, молодая мама двухлетней Томочки встретила нас очень агрессивно - в 11 часов утра мы помешали ей спать. Тут я в полной мере оценила необходимость присутствия участкового. В комнате было накурено, в раковине – немытая посуда, на полу – замызганные матрац и одеяло, давно не знавшие постельного белья. Рядом - пустая бутылка из-под пива. На замечание врачей по поводу того, что в доме, где есть маленький ребенок, не мешало бы навести порядок, и уж, во всяком случае, хотя бы вовремя приготовить еду, женщина резко ответила: «Когда захочу - тогда и встану, когда захочу - тогда приберусь». Показать, чем кормит ребенка, женщина наотрез отказалась, заявив при этом, что в доме есть еда: лук и картошка. По-видимому, в ее представлении это означало достаточный рацион для шести человек, включая младенца. Меня поразило, что все время, пока длилось противостояние между медиками и неразумной мамашей, ее малышка безучастно сидела на диване, даже не порываясь заняться какими-нибудь своими интересными, детскими делами. «Вы хоть гуляете с ней?» – спросили врачи мать. Ответ был сногсшибательным: «Она сама рисует».
Через час меня уже не удивляло, почему первое, о чем спрашивали врачи в каждом доме: чем родители кормят ребенка? Большинство родителей, озабоченных здоровьем и нормальным развитием своих малышей, такой вопрос мог бы удивить. Как чем? Разумеется, тем, что ребенку положено есть соответственно его возрасту и что написано в медицинской памятке, выдаваемой каждой молодой маме участковым педиатром. Да вот, оказывается, не все так думают. Например, в одной квартире поселка Аксу, где в кроватке посапывал годовалый малыш, на тот же вопрос врача мама не раздумывая ответила: «Что сами едим, тем и кормим». - «А что сами едите?». - «Мы «Роллтон» любим» (напомню, что речь шла о питании ее годовалой дочки). Другой мамочке участковая медсестра вынуждена сама каждую неделю носить по 2 пачки сухой детской смеси, потому что если выдать сразу, как положено, 8 пачек на месяц, то уже через неделю малышу просто нечего будет есть – взрослые в этом доме без зазрения совести закусывают детским питанием. Чему удивляться, если детское питание иногда является чуть ли не единственной едой в подобных семьях. К примеру, в одной из квартир в том же поселке Аксу из всего многообразия продовольственных товаров мы смогли обнаружить только пакет манной крупы да пачку пищевой соды. О том, что маме, имеющей пятимесячного ребенка, самой нужно хорошо питаться – даже не имело смысла напоминать. Почти везде мы слышали одно и то же: папы (если они вообще присутствуют) не работают, мамы давно потеряли свои документы, а потому не получают пособие на содержание детей. На удивленный вопрос: «На что же вы живете?» - молодые женщины (большинство из которых и до родов-то не слишком обременяли себя поисками работы) отвечали: «А что соседи или родственники дадут». Стоит ли удивляться тому, что дети в таких семьях страдают анемией, а то и чем-то посерьезнее.
Во время рейда было на что посмотреть и санитарному врачу. Практически в каждом доме - посуда, никогда не знавшая чистящих средств, постель – забывшая свой первоначальный цвет. В одной из аксуских квартир я с трудом удержалась, чтобы не выскочить на улицу из-за отвратительного, тяжелого запаха. Как позже мне объяснили врачи, знакомые с ситуацией, такой запах означал, что людям просто лень ходить на улицу в уборную. Бывает, оказывается, и такое.
Казалось бы, все увиденное должно было вызывать сочувствие к обездоленным женщинам, и надо было бы громко возмущаться недостаточным вниманием властей к проблемам таких семей, многие из которых являются многодетными, да вот как-то язык не поворачивается. Ведь обездоленность этих женщин – следствие многолетнего образа жизни самих женщин. И сострадать тут можно и нужно только малышам, вынужденным существовать в условиях, совсем неприемлемых для их нежного возраста.
Меня заинтересовал вопрос: а каков конечный результат медицинских обследований? Есть ли хоть какие-то положительные сдвиги в сторону большего внимания родителей к детям? Заведующая детской консультацией Рысжан Муканова говорит, что есть, хоть это случается не так часто, как хотелось бы врачам. Но даже то немногое, на что родителей подвигнут посещения медиков, можно считать маленькой победой в деле борьбы за здоровье, а иногда и саму жизнь детей. Я не случайно употребила слово «жизнь». Например, во время посещения неблагополучных семей, проживающих в близлежащих поселках, нередко обнаруживается, что у них нет даже печки. Как эти люди выживают в зимние морозы – одному Богу известно. Казалось бы, они давно должны были сами обратиться за помощью, предпринять хоть что-нибудь ради спасения своих детей, но, как ни странно, в большинстве случаев они ничего не просят, как и сами не делают ничего. Позаботятся врачи, дадут что-нибудь власти или соседи – хорошо, а не дадут – и так сойдет. Более того, некоторые вообще не хотят принимать бескорыстно протянутую им руку помощи. Одна разъяренная мамаша кричала в лицо членам комиссии, не пуская их на порог: «Это частная собственность. Я знаю свои права!». При этом в доме не было ни печки, ни еды, которую можно было бы на этой печке приготовить. Врачам с большим трудом удалось ненадолго пристроить детей из этой семьи в стационар, чтобы они попросту не погибли от холода, а за то время, что они там находились, при содействии акима поселка Аксу в их доме установили печку-буржуйку, завезли уголь и дрова.
И, конечно, врачей очень радует, когда все-таки удается достучаться до материнского сердца и женского сознания. Мама трехмесячного Саши долгое время вела асоциальный образ жизни. Несколько лет назад она была лишена родительских прав в отношении своего старшего сына. Где он сейчас – женщина не знает (а может, и не пыталась узнать). Теперь она не получает пособие по уходу за маленьким Сашей, поскольку прежде в судебном порядке должно быть установлено, способна ли она воспитывать своего второго ребенка. И, кажется, мамочка намерена доказать, что способна. Когда мы вошли в ее квартиру, ноздри защекотал аппетитный запах жарящихся чебуреков. Приятно удивили порядок в комнате и чисто вымытый пол. А ведь еще совсем недавно к этой женщине у медиков было немало претензий.
Почему же тех родителей, кому безразлична судьба их детей, не лишают родительских прав? Наверное, потому что лишение родительских прав – это крайняя мера, к которой стараются прибегать лишь в исключительных случаях. Хотя в данном случае понятие исключительности имеет очень расплывчатые границы. А еще, наверное, потому, что любой ребенок предпочел бы жить пусть с пьющей, но родной мамой, чем в детском доме. Тем не менее, месяц назад Рысжан Муканова все-таки написала ходатайство о лишении родительских прав. Речь идет о том самом грудном ребенке, которого то ли родители, то ли их не вполне трезвые гости подбросили вверх и не поймали. Малыш перенес сложнейшую операцию. Врачи говорят, это чудо, что он вообще остался жив. После выписки из больницы, узнав о ходатайстве, его мать клялась заведующей детской консультацией, что теперь у ребенка начнется совсем другая жизнь: с трезвыми родителями и должным уходом. Однако на первое же контрольное обследование, необходимое ребенку после проведенного курса лечения, женщина не явилась.
В очередной раз в борьбу за жизнь и здоровье ребенка придется вступать медикам. И нужно отдать должное участковым педиатрам и медицинским сестрам, которые не бросают детей из таких семей на произвол судьбы, более того, зачастую ради их спасения они вынуждены решать совсем не медицинские вопросы. Кому-то помогают с восстановлением утерянных личных документов, без которых невозможно оформить пособие на содержание ребенка, кому-то с дровами, чтобы дети не мерзли, кому-то с детской (а то и взрослой) одеждой. Для медицинской сестры отделения детской консультации поселка Аксу Алмагуль Дюсеновой это стало уже частью работы. Свой участок протяженностью 18 километров она знает наизусть: кто чем живет, у кого какие проблемы, кому какая требуется помощь. Она знает, что в этой семье ребенок ходит зимой в легкой курточке, а в этой детям нечего есть. И каждому она старается помочь: оставляет деньги на хлеб, на оплату автобуса, чтобы мама могла съездить в город для оформления необходимых документов, ищет дрова для семьи, которая уже отправила в топку все, вплоть до дивана.
То же самое делает и медицинский персонал городской детской консультации. Сегодня, например, здесь нет равнодушных к судьбе шестилетнего мальчика с тяжелым врожденным заболеванием, маму и бабушку которого больше интересует наличие в доме спиртного, чем хлеба. В их квартире нет электричества (отключили за неуплату), нет газа, то есть готовить не на чем, да и не из чего. Никто из взрослых не работает и не собирается этого делать. Врачи посодействовали бесплатно пристроить мальчика в детский сад, чтобы он хотя бы не голодал, сами возили его на обследование, а затем на операцию в Астану. Теперь регулярно проверяют, как он живет, есть ли у ребенка необходимая одежда?
Медикам некому жаловаться на нерадивых мамаш. И этой части их работы никто не замечает. А самое страшное, что количество семей, ведущих асоциальный образ жизни, не уменьшается. Со дня на день появится на свет еще один несчастный малыш, будущую маму которого, находящуюся на последнем месяце беременности, искал весь уголовный розыск города. Нашли. В состоянии алкогольного опьянения женщину положили в стационар. Сейчас она находится в перинатальном центре Кокшетау, но вот после выписки из роддома ей с ребенком на руках (здоровым ли?) идти просто некуда.

Надежда КАХАНОВА
Просмотров: 498 | Добавил: Admin | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar