Часть первая

Джек — мой друг и пример доброты.

Я помню этот день — четыре года назад. У мамы зазвонил телефон, номер был незнакомый.

Мама взяла трубку, и бабушка, которую мы не знали, сказала:

— Мне на дачу подкинули шесть щенков. Возьмите их, пожалуйста.

Мама ответила, что у нас живёт кот, и спросила, почему мы должны их брать, откуда у бабушки наш номер и кто она вообще.

И тут бабушка заплакала. Сказала, что её зовут Ольга Михайловна, и что мамин номер ей дала подруга — потому что мама добрая и не бросит в беде. Бабушка плакала и просила забрать хотя бы одного, говорила, что у неё больное сердце.

И мы пошли. Был дождливый летний день — холодно, сыро, дорога вся в грязи. Но мы всё равно шли на ее дачу — к щенкам и старушке, которым нужна была помощь.

Мы собрались на её дачу, чтобы сфотографировать малышей, и попросили девушку Юлю, у которой были свои собаки, осмотреть их, чем-то помочь. Помочь она сказала, не сможет, пристроить нужно, дать объявления, а у неё и своих много. Но придёт, потому что их нужно осмотреть. Она взяла прививки, таблетки.

У бабушки на даче под навесом сидели четыре крошечных малыша: два рыжих, один чёрный и один белый с коричневыми пятнышками. Двое бегали на грядках. Мама убрала в бане, где они спали в холод.

Соседи не хотели подходить. Зло говорили, что сама виновата — кормила их маму, вот пусть теперь и разбирается. А может, просто боялись испачкаться и «ввязываться в проблемы».

Хотя единственная их «проблема» — что собаки хотят жить рядом, что рядом с ними появились живые существа, которым нужно тепло и еда.

Мы не сдались. Расклеили по всему городу пятьдесят объявлений. Хотелось найти добрые руки. Но забрали только одного. Остальные всё ещё ждали. Бабушка давала объявление на ТВ, и тоже никто не пришёл.

У неё болели ноги. Она сказала, что больше не может ходить и кормить щенков. А соседи предложили «помочь» — отвезти их в лес…

Мама просила всех взять хоть одного, но никто не соглашался. Тогда Ольга Михайловна взяла телефон Михаила, у которого за городом жило много собак.

Михаил сказал, что щенков не берёт — у него только взрослые собаки. Но бабушка просила и просила, опять плакала. Просила мама.

И тогда он сказал: «Если под вашу ответственность, заберу, куда вас деть».

Мама-собака так и не подошла. Бабушка призналась, что она действительно её подкармливала — та была самой маленькой в стае бездомных дачных собак. Звали её Найда. Ее все обижали, не давали есть объедки, и бабушка сказала, в ее жизни не было счастливых дней. Некрасивая, трусливая, никому не нужная, а она ее пожалела.

Бабушка обрадовалась, что хоть кто-то согласился помочь. Купила мясо, сосиски, и мы всех положили в коробку.

Папа, который нас привёз на дачу в этот раз, посмотрел на самого любопытного и игривого и сказал:

— Вот этого берём себе. Он выживет. Ты будешь о нём заботиться?

Я ответил: — Да!

Ольга Михайловна сказала, что он вытащил счастливый билет. Так у нас появился Джек. У папы раньше была овчарка, и он знал, что нужно собаке дома. Всё купили: еду, ошейник. Я был очень рад, что у меня есть свой щенок.

Он был белый, с коричневыми пятнышками и весёлыми глазами. Мы сразу знали — он наш. Мы звали его Джек Рассел, потому что он был очень похож на породного щенка рассела. И он понравился всем в подъезде нашего дома.

А маму Найду мы так и не нашли. Видели один раз издалека — и всё. Подбросили их или они родились на даче — мы не узнаем никогда.

И бабушку мы тоже больше не видели, но я помню, как бабушка заботилась о щенках: кормила их кефиром и макаронами, резала сосиски — другого тогда не было. А они ели с удовольствием и виляли хвостиками.

С тех пор прошло много времени — три года. Джек вырос, но остался таким же добрым, как в тот дождливый день. Он любит гулять, играть и просто быть рядом. Когда мне грустно, я думаю о нём: ведь он всегда ждёт, всегда радуется, просто потому что я рядом.

Джек не любит намордники — как только мы его снимаем, он сразу хватает и рвёт, будто говорит:

— Я свободный пёс. Я доверяю тебе. А ты мне.

А я улыбаюсь, потому что знаю, как много ему пришлось пережить, прежде чем он оказался в тёплом доме. Он нашёл свою семью. Бабушка сказала, что мы — «его счастливый билет». А мама сильно удивилась, у неё никогда не было своей собаки. Но потом поняла, что всему можно научиться, а Джек — член семьи.

Через год после того, как Джек появился у нас, в микрорайоне построили площадку для выгула собак. Мы сразу пошли туда. Джек прыгал, нюхал всё подряд, знакомился с другими псами. Для него это было настоящее счастье.

И я понял: каждая собака заслуживает того же — любви, прогулок, такое оно, «собачье счастье».

Когда я вижу бездомных собак, я не могу пройти мимо. Мне их жаль. Если есть деньги — покупаю им еду. Они тоже хотят жить. Им просто нужен человек, который не обидит. Ведь животные не виноваты, что их бросили. Они чувствуют боль, холод и страх, как мы. Но денег нет у них.

Я верю, что защищать животных — значит быть сильным. Быть человеком. Собака — друг.

И каждый раз, когда я вижу, как Джек бежит ко мне, виляя хвостом, я думаю: «Вот она — настоящая любовь».

Мы спасли его когда-то, а теперь он спасает нас — своей любовью, добротой и тем, что каждый день напоминает: мир можно сделать добрее, если не проходить мимо тех, кто слаб.

Часть вторая

В приют мы поехали уже зимой, наверное, — искать братьев Джека.

Мы не нашли их. Их было четверо. Мы очень расстроились. Сильно. Щенков не было нигде, и нам всегда было интересно — где они? Потом поняли, что и не узнаем их, прошло 3-4 месяца, какими выросли — непонятно, или убежали. У Михаила было 40 или 60 собак.

Но там, в приюте, было много других собак. Михаил был один, и мы спросили разрешения приезжать ещё. Может, узнаем тех, с дач.

Щенков там было где-то тридцать — их привозили с разных мест. Все разные. Но все уезжали по делам и не возвращались.

Мы начали приезжать в приют: кормить собак, смотреть за щенками. Подружились с ними.

Потом на время перестали ездить, но собаки нас не забыли.

Мы не нашли братьев Джека, но всё равно продолжили помогать щенкам. Маленьким всегда нужна помощь.

Тогда в приюте был один вагончик и два вольера.

Сейчас собак уже больше ста. Все разные.

Лера — одна из самых больших собак в приюте. Мы всегда привозим ей что-то вкусное: кости или мясо. Она всегда подбегает. А если не дать первой, отберёт у любого.

С ней часто играет Багира — чёрная собака, примерно того же размера.

Это очень смешно — Багира всегда дразнит Леру и ругается. А Лера сидит и слушает.

Лера добрая, но если кто-то лезет к её еде — сердится.

Она бегает к машинам, радуется, очень позитивная и весёлая. Но все боялись, что ее машина убьёт, и строили скорее забор вокруг приюта. Строили, строили и построили.

Часть третья

Ещё один мой друг был — Бабур.

Его привезли в приют как больного и агрессивного. Посадили на цепь. Он всегда ждал еду.

Сначала я боялся к нему подходить. Но потом понял — он добрый.

Учёные говорят, что маленькие собаки часто злее больших.

Меня за всю жизнь кусала только маленькая собака, а большие — никогда.

Бабура лечили, кормили, любили.

Он выздоровел. Потом его забрали на базу — он настоящий большой пёс, а агрессии нет. Теперь он там живёт, охраняет и ест.

Моя мама очень любит в приюте рыжих собак и собак породы тазы. Может, и не настоящие, но так похожи.

В приюте их было две. Бело-светло-коричневую забрали, а чёрно-серую оставили.

Мама привыкла к ней с 2023 года — всегда даёт ей покушать, и я тоже.

Она вежливая и никогда не ворует еду у других собак. Поэтому мы её особенно любим.

Мы бы закрыли их в вольере, но места не было. Она выросла с щенка, а её сестру забрали почти сразу.

Сейчас у Тазы всё хорошо — как и у сестры. Другого дома она не знает.

В приюте есть ещё собака, его зовут Миша, но я зову его Сайрус. Не знаю, откуда он — просто был и есть.

Он всегда рядом.

Ещё там есть Серый, Перышко и Корги.

Серый — немного агрессивный, но если его поругать, он становится добрым.

Корги — сестра Перышки. Она всегда ждёт своей очереди и ведёт себя хорошо.

Перышко любит, когда её гладят. Её назвали так, потому что у глаза у неё маленькая белая шерстинка — как перышко.

Я увидел их щенками в декабре 2022 года. Теперь всегда их кормим. Серого — только если он ведёт себя спокойно.

Мы не можем их бросить. Они стали нам не чужие дворняги, а добрые псы, которые живут на улице в приюте.

Если не кормить — они умрут. А ведь нужно и деньги, и терпение.

С Сайрусом у меня особая история.

У нас раньше был рыжий пёс, любимый Рыжик с базара, он всегда ходил с нами, когда приезжали. Потом пришёл Сайрус — и мы были втроём.

Но 22 января 2023 года рыжего не стало. У него от холода остановилось сердце.

Очень грустно это писать — я даже заплакал.

Потому что тяжело терять близкую собаку.

После этого мы долго не ездили — почти шесть месяцев.

Сайрус меня забыл. Это грустно. Его назвали Миша, и он ни с кем не дружит там, кроме одной собаки.

Но когда мама приехала, он так жаловался маме, и теперь она ездит кормить его и ещё двадцать собак, которые были щенками в 2022 году, каждую субботу. Она работает, но собакам нравится, что кто-то к ним приходит в гости, а не только Михаил с ними там.

Всего в приюте сто двадцать собак, может, больше, я не считал. Это очень много, и один не справишься.

Мама помогает кормить их вместе с другими людьми: Светой, Сергеем, Мариной, Таней, и ещё есть, но я их не знаю. Они говорят, что они помогают собакам приюта «Спаси меня». Строят, убирают, кормят в выходной. Я убирать не люблю, я только играю или сижу с Серым или Пёрышком или той, кто подойдёт сегодня. Мне нравится их кормить вкусняшками, у них собачье счастье, что есть друзья.

А первую свою собаку я не забуду никогда.

Когда мы купили дачу, напротив жила ничейная собака — ее все кормили.

С Боней мы познакомились летом 2020 года.

Она прибежала к нам и просила есть.

С того момента она стала нашей лучшей подругой — до появления Джека.

Боня была очень доброй и отзывчивой собакой.

Мы подружились, потому что она чувствовала добро.

Боня всегда провожала нас до дома. Мы брали ей еду, и она радовалась.

С ней мы дружили пять лет — до августа этого года.

Но, к сожалению, Боню сбила машина. Она была маленькая, и её не заметили. Я плакал, я не думал, что собаке так опасно на даче.

С тех пор я её не видел.

Мне очень грустно.

С тех пор я думаю, что собак нельзя оставлять на дачах одних — особенно зимой или в дождь.

Они страдают от холода, голода. Одним опасно.

Без присмотра могут заболеть, заблудиться или погибнуть.

Их надо беречь. Они сами не могут купить кушать, построить дом, а дружить с ними хорошо.

Я рад, что у папы была собака, а сейчас есть у меня. И много собачьих друзей.

Любите собак. Они хорошие.

Егор Иванович, 12 лет