После проведения летом монтажа вну­шительной части нового магистрального водо­провода и ввода насо­сной станции боязнь степногорцев остаться без воды почти полно­стью развеялась. Од­нако недавние много­часовые отключения в связи с аварийным ремонтом вновь пока­зали, насколько шатко наше благополучие. Что делается и планируется горводоканалом для обеспечения действи­тельно надёжного водо­снабжения, рассказал директор предприятия Алексей Гетманов.

Магистральный водовод у нас всё время на виду. Своими глазами и благодаря соцсетям степногорцы видели, как лик­видировались многочисленные порывы вдоль трассы, как по­степенно вместо металлической «нитки» от насосной станции у «Прогресса» прокладывалась пластиковая. Это радует. Но ведь улучшенная пропускная способность артерии после установки стента или шунтиро­вание ничего не даст, если серд­це остановится.

- Новый водовод – это здо­рово. Но ведь запас прочно­сти гидроузла и его агрегатов, оборудования хоть и велик, но не бесконечен. Какая ситуа­ция с ним? Будет ли в ближай­шее время что-то предприни­маться для обеспечения га­рантированного водозабора в необходимом количестве для снабжения степногорцев и всех объектов города и по­сёлков?

- С гидроузлом такая ситу­ация. Помните, когда в 2010- 2011 годах начиналась первая реконструкция, менялся как раз главный водовод? В первую очередь тогда вошла замена на­сосного оборудования, камер и коллекторов на самом гидроуз­ле. Нам тогда повезло, кое-что было сделано. Главное тогда было – монтировать трубы, и в тот момент по деньгам в ремонт не вошли здания, сооружения и подводная часть.

Лет пять-шесть назад нами был сделан проект на четвёр­тую очередь (первая, вторая и третья – это был главный водовод), которая полностью включала весь гидроузел. Это электрическое оборудование гидроузла, киповское оборудо­вание, здания и сооружения на­сосной станции, включая подво­дную часть на первой насосной. Опять же – замена насосов на новые, с частотными преобра­зователями для энергоэффек­тивности. Тогда же были под­готовлены проект центрального водоснабжения посёлка Аксу с Кварциткой, проект по замене водовода в трёх микрорайонах города. Был также проект кана­лизации промзоны (Заводской – ТЭЦ). Нам в то время согласо­вали проект «Аксу – Кварцитка», мы его сделали. Посёлок теперь с водой. И сделали второй – это микрорайоны, в пятом, седьмом всё поменяли. Два других проек­та оставили, потому что четыре по кредитным деньгам – это уже для нас слишком много.

Два года назад мы пересчита­ли и снова вышли с проектом ги­дроузла. Теперь мы вошли уже в программу национальных про­ектов. Сейчас в ней «сидят» три наших проекта: это гидроузел, Пригородный (частный сектор, который сейчас единственный без воды). Первую очередь мы сделали. Это где предполага­лось индивидуальное жилищ­ное строительство. И вот оста­лась вторая – этот вот дальний частный сектор. Третий проект – это канализационные очистные сооружения (КОС).

Мы везде поднимаем вопро­сы, что гидроузел – это голова, что пора приступить к зданиям и сооружениям на нём, особенно подводной части, хотя там моно­лит бетонный. Но всё равно есть вопросы.

- Что предполагается там заменить?

- Там нужно провести рекон­струкцию, водолазные работы провести. Большой вопрос сто­ит в качестве и замене полно­стью электрооборудования (выключателей, кабельной про­дукции). Лотки, всё надо поме­нять. Сделать надо нормальное управление, насосы поменять. И провести благоустройство, в нормальный вид привести. У нас там вахта по неделе живёт – семь человек. Арендуем для них помещение, которое после разделения и передачи гидроуз­ла нам, осталось за энергоком­плексом. В этом проекте есть также небольшое помещение рядом с насосной, чтобы они там жили спокойно и занима­лись эксплуатацией.

Дорогое удовольствие

- Во сколько обойдётся про­ект?

- Стоимость проекта по ги­дроузлу 5 млрд 392 млн тенге на данный момент, со всеми корректировками на год, когда дают согласование на кредит­ные деньги. Это проект уже всеми согласован. А там идёт большая цепочка, включая антимонопольный комитет, Ка­захстанский центр модерниза­ции, инвестиционный холдинг «Байтерек». 10% субсидирует республика, 10% ложатся на тариф от этой суммы, основной долг погашает уполномоченный орган – акимат.

- Вы сказали, что 10% кре­дитных средств лягут на та­риф.

- Поясняю: это касается по­дачи технической воды до 305-й сопки. Всё, что касается гидро­узла и главного водовода, от­носится к технической воде, на население, которое пользуется хозяйственно-питьевой водой, никак не влияет, кроме вавилов­ского садоводчества, которое сидит на технической воде. Это только у них может быть какое- то изменение тарифа. В основ­ном технической водой пользу­ются ТЭЦ, СГХК, «Казфосфат», «Казахалтын», «Прогресс» чуть- чуть. И ещё ей пользуются сель­хозники, у которых вдоль трассы есть картофельные поля.

- И насколько вырастет та­риф для них?

- Ну, определенное увеличе­ние для отдачи этого кредита происходить будет. 20%, может, 30. Но не для населения. Мно­гие не поняли. Население сей­час вообще по хозпитьевой воде субсидируется. Сейчас человек платит 50 тенге вместо 247.

- Что нужно, чтобы на ги­дроузле начались ремонтные работы?

- Сейчас мы делаем заявку на проведение тендера. Сама заявка будет согласовываться на портале нацпроектов. Вся документация там, на него же имеют выход все органы, ко­торые участвуют в процедурах согласования, финансирования и так далее. У всех уже стоит статус «согласовано». Когда за­явку на тендер ещё раз прове­рит Казцентр, он даст нам окон­чательное согласование. Мы с этой суммой проекта выходим на антимонопольный комитет с заявкой на увеличение тарифа для отдачи кредита на техниче­скую воду. Кредит будет не на год, не на два, а на двадцать. То есть весь тариф делится на годы, при отдаче сумма будет уменьшаться.

- Непосредственно начало работы произойдёт в этом году или затянется на неопре­делённое время?

- Сейчас на тендеры везде сроки рассмотрения, согласова­ний и прочего сократились. Если мы сейчас выходим с заявкой на тендер, и если определится подрядчик, заключим договор, и в начале мая он может начать работы.

- На какой период рассчи­тан объём работ? Как обычно, на летний период?

- Строительно-монтажные работы рассчитаны на 12 меся­цев. Если они начнутся в мае- июне этого года, то и завершат­ся летом следующего. Зимой тоже определенные работы можно проводить без вопросов. Внутри зданий и сооружений. Те же водолазные работы даже удобнее и проще делать со льда зимой. Не нужно понтоны гнать, ещё что-то придумывать. И прозрачность воды зимой го­раздо выше.

- Естественно, ремонт не остановит функционирование самого гидроузла?

- Конечно! У нас не теплосеть, которую летом отключил, а зи­мой пустил. В свое время, когда мы в 2010 году делали маги­страль, тоже ничего не останав­ливали, но сделали полностью реконструкцию насосной. Это, как в конструкторе: два насоса работают, два меняем. Ставим перемычки, этот вырезали, этот включили... И на насосной ги­дроузла точно также будет, ча­стями. Люди никак этого не по­чувствуют. Подачу воды же мы никак не можем остановить.

Может, у меня память плохая, но я не помню, чтобы у нас до этого года, исключая ЧП на главном водоводе в феврале 2009 года, было отключение в подаче холодной воды. А тут в феврале 2026 года – снова. Да не один раз. 18 февраля – с 9:30 до 13 часов, 20 февраля с 10 до 13, потом (не вспомню числа) – с ноля часов до семнадцати.

Когда в домовом чате читаешь сообщения от председателя КСК или старшего по дому о ситуации, о том, на какое время будет снижена или прекращена подача воды, – это одно. Особых причин для паники, в общем, нет, потому что официально сообщалось об отключении в подаче воды с такого-то часа по такой, о необходимости запастись ей. Но атмосферу подогревали и сообщения от «знающих» людей. Заглянул в инстаграм водоканала, а там Алексей Сергеевич рассказывает о снижении тарифа на воду. О порыве и отключении воды – ни слова. Поневоле заволнуешься! А ведь чтобы никто не разгонял панических волн, нужно было работать на опережение, не давать повода для вольных трактовок ситуации. Понятно же, что резкий массовый водоразбор скажется на гидравлическом режиме, а это чревато выходом из строя оборудования, возможно, новыми порывами или чем-то ещё.

Потом ажиотаж спал. Люди благодаря соцсетям из первых уст услышали и увидели, что произошло, что сделано. Однако после ураганного ветра в минувший четверг снова в домовом чате читаю об отключении водоснабжения на город из-за повреждения на линии электропередачи. Всё это вызывает вопросы, которые снова, имея такую возможность, адресую директору ГКП на ПХВ «Степногорск-водоканал» Алексею Гетманову.

- Поясните, почему порывы происходят на новом водоводе?

- В 2010 году у нас сделали типа реконструкцию двух металлических водоводов диаметром 500 мм от сопки до города. К 2025 году износ на обоих водоводах был 95%, но они работали. Вы видели, что порывы были, у нас постоянно зимой и летом там было по два экскаватора. Копаем, латаем. Но подачу воды не останавливали, это же металл: чопик забили, заварили – вода идёт. Давления не хватало, но водоснабжение удавалось поддерживать. Вода в городе всегда была. Но положение всё ухудшалось и ухудшалось. Было какое принято решение, когда мы ЧС два года назад объявили? Мы по ЧС купили новую насосную станцию на четыре насоса, которая напротив ОШИОСД стоит. Наша основная насосная, которая качает воду на город, – это ТНСП, что стоит напротив «Прогресса». Там мощные насосы стоят. С сопки вода идёт под давлением 3 кг/см2, а от ТНСП оно уже поднималось до девяти, десяти, одиннадцати килограммов вот в эти два водовода. Но такое давление они уже не держали. Вы видели, какие озёра и реки разливались. Поэтому и поставили у ОШИОСД насосную станцию. Насосам на ней нужен был подпор всего два килограмма, чтобы выдавать на город необходимые шесть. И уже с большой подстанции мы стали подавать воду с давлением не 10-12, а всего 6 кг, уменьшив на 50% давление на водоводы, которые почти все расползлись.

Подрядчики за три года должны были проложить 36 километров новой полиэтиленовой трубы, две нитки по 18 км. За два года они положили 13 километров.

- Почти в три раза меньше.

- Да. Но они заменили от ТНСП до ОШИОСД как раз одну нитку 13 км. Так как они ещё не смогли речку пройти, сделать дюкер под мостом (дюкер – это напорный участок трубопровода, прокладываемый под руслом реки или под транспортными магистралями для преодоления препятствий. – В.К.), остался наш кусок водовода по мосту, пришлось один старый водовод полностью порезать. Поэтому мы задействовали куски от него, чтобы новый запустить.

Итак, мы запускаем новый водовод, эти 13 километров. Честно говорю – классно! Они от ТНСП до насосной дают нам такую гидравлику! Там в голове этого полиэтилена давление вообще на пять килограммов снизилось! Всё хорошо. Доработали до февраля, и на нём произошла первая авария – в камере напротив теплиц вырвало приваренную втулку. Втулка прямо по живому треснула. А вторая произошла под горбатым мостом буквально через сутки.

- Почему?

- Сейчас мы разбираемся с технадзором, с подрядчиками.

- Какие есть предположения?

- Некачественная втулка или некачественный монтаж. Возможно, излишнее напряжение создаёт стягивание фланцев «внаглую». В феврале земля уже на два метра промерзает, где-то грунт начинает «ходить» туда-сюда. И напряжение рвёт пластик даже такой толщины (около 45,5 мм – В.К.). С этим мы сейчас разбираемся. На Россию через Астану эти втулки отправляем, чтобы посмотреть их состав. Может, там пузырь в этом пластике образовался...

Чтобы не останавливать воду, мы старый металлический водовод подключили в районе теплицы, просто перемычку кинули. Сейчас эти две утечки устранены.

В этом году финансирование будет 2,5 млрд тенге. Этого должно хватить, чтобы закончить нитку от ОШИОСД до камеры в шестом микрорайоне, у входа в город. И проложить вторую – от ТНСП до насосной, с монтажом перемычек. С апреля подрядчик (ТОО «Мелиоратор» из г. Кызылорды. – В.К.) должен уже начать монтаж. А участок старого металлического водовода мы всё равно реанимируем на такие случаи. Без воды никак нельзя остаться.