Главная » 2010 » Февраль » 12 » Тупик - место, чтобы договариваться (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
16:50
Тупик - место, чтобы договариваться (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
КСК предлагают монополисту начать отношения с чистого листа. У монополиста встречное предложение - руководствоваться уже написанным

Честно сказать, у меня поначалу, как услышал я о новых технических потерях «Джета-7», которые с 2008 года предъявляются КСК, возник комплекс «технического кретинизма». Ну никак не мог я взять в толк, за что еще должны платить потребители монополисту, если и так платят по максимуму. Постепенно, вникая в то, что говорят обо всем этом люди понимающие, я стал успокаиваться - нас таких много: не понятны претензии монополиста и юристу, специализирующемуся в области жилищно-коммунальных отношений, Константину Бреусову; мало что понимают по сути новых финансовых претензий председатели КСК и КСП. А тут, на одном из недавних совещаний, выяснилось, что и сам «Джет-7» с «МашзаводМунаем» сбиваются в своих рассуждениях.

На этом можно было бы и успокоиться, и даже точку поставить: мол, сначала сами разберитесь, а потом народ будоражьте. Но, как выяснилось, это темное дело зашло далеко: оказывается, все КСК и КСП, а значит, мы с вами, в том числе добросовестные плательщики, за 2008 и 2009 годы задолжали монополисту приличные деньги за так называемые технические потери тепловой и электрической энергии - в общей сложности аж 4 980 341 тенге (данные по двенадцати из тридцати двух КСК). Дело даже дошло до судов. И вот уже «МашзаводМунай» козыряет выигранным иском к ТОО «Шестой-СТ». Мол, и суд обязывает платить. Правда, как подсказали знающие люди, скромно умалчивает о другом, проигранном кооперативу «Квинта» иске, по которому, оказывается, ни за какие, кроме утвержденных в тарифе, технические потери потребители платить не должны. В общем, путаная история. Давайте разбираться.

О каких технических потерях, вследствие которых мы все в долгу у монополиста, идет речь?
 
Пожалуй, самый главный вопрос. Сразу оговорюсь, ответы на все поставленные в публикации вопросы (а ответы, по сути, так и не даны) - не мои умозаключения, а, так сказать, выбранные места из недавних встреч у заместителя акима Кайркельды Мусина - встреч председателей КСК и представляющего их сторону юриста Константина Бреусова с руководством «Джета-7» и «МашзаводМуная» и представляющих их юристов.
Тепловые технические потери, которые с октября 2008 года «МашзаводМунай» от имени «Джета-7» предъявляет местным КСК и КСП, напрямую связаны с участками тепловых сетей, которые в настоящее время «зависли» как бесхозные - то есть не числятся на балансе «Джета-7» и не приняты на обслуживание КСК (у кооперативов, вообще-то, нет никаких общедомовых сетей на балансе, как и у тех членов КСК (а их большинство), где не зарегистрированы кондоминиумы). На этих участках, как говорит монополист, расходуется тепло, за потерю которого якобы должны платить потребители.
О каких участках идет речь, разъяснил в своем выступлении заместитель акима Кайркельды Мусин. Что касается теплоснабжения: спорный (бесхозный) участок от внешней стены дома до теплоузла не находится на балансе «Джета-7», но и не передавался на содержание КСК. Бесхозный участок, считает монополист, теряет тепло - это «МашзаводМунай» с «Джетом-7» и называют техническими теплопотерями, за которые должны платить КСК и КСП, поскольку в Правилах пользования тепловой энергией обслуживание внутридомовых инженерных сетей ложится на доверенное лицо потребителей (в нашем случае на КСК или КСП). И монополист, и КСК открещиваются от этого спорного участка, который требует определенных материальных затрат. В таком случае спор может быть разрешен договором сторон. Договориться, как вы понимаете, пока не получается.
Похожая ситуация и с электроснабжением: спорные (дающие технические потери) участки проходят в домах до электросчетчиков, которые установлены у кого в квартирах, у кого в подъездах. За технические потери электричества на этих участках монополист также, ссылаясь все на те же Правила, предлагает платить КСК - именно КСК как организации, а не каждому из нас, поскольку мы платим по показаниям собственных электросчетчиков. Но и в этом случае предъявляемые монополистом платежи за так называемые технические потери электроэнергии в конечном итоге лягут на плечи каждого из нас, поскольку весь бюджет КСК - это наши ежемесячные платежи.
Как утверждает монополист, эти нормативно-технические потери тепла и электричества не заложены в отпускном потребительском тарифе, а оплачены тем не менее должны быть. Спорный вопрос, повторяет Кайркельды Мусин, опять же в соответствии с Гражданским кодексом может быть урегулирован договором двух сторон (в данном случае, если речь об электричестве, - на основании соответствующих расчетов, произведенных организацией, которая имеет на это лицензию, а обсчитать нужно каждую квартиру с учетом этажа, длины провода - дорогостоящее мероприятие).
Председатель КСК «Седьмой» Тамара Ламтева, говоря о балансовой принадлежности спорных участков, обратилась к прошлому - времени образования городских КСК: ПО ЖКХ не передавало кооперативам по акту теплосети, которые идут от внешней стены к теплоузлу, так как на то время эти сети у ЖКХ уже не числились (были переданы в УЭС). С тех пор КСК обслуживают только те сети теплопотребления, которые следуют за теплоузлом. Логичен вывод председателей: не наши сети - не наши и потери. Тот же принцип у руководителей КСК и в отношении электросетей - граница ответственности сторон проходит на наконечниках кабельных вводов в щитовых. Позиция председателей КСК и КСП категорична: никакого совместного обслуживания спорных участков (у кооперативов просто нет на это ни полномочий, ни средств), а значит, и никаких платежей за чужие участки. Что и учтено в тех офертах, которые председатели кооперативов направили «МашзаводМунаю» взамен, по их мнению, несправедливого договора.
У директора УЭС Георгия Шнайдера другой взгляд на спорные участки. Он в своих рассуждениях идет от новейшей истории жилищных отношений: «Ссылаться надо на действующие юридические положения. Наша балансовая принадлежность определена документами, и там нет участков, о которых идет спор. КСК документами доказать свою балансовую принадлежность не могут, потому что вообще ее не имеют». Георгий Шнайдер предложил председателям КСК идти во взаимоотношениях по пути, предложенному новым типовым договором, - с опорой на соглашение сторон: «Да, эксплуатационную ответственность установило правительство, и от этого не уйти. У нас есть эксплуатационная ответственность и есть балансовая принадлежность. И если у нас есть соглашение сторон, то принимается по эксплуатационной ответственности, и вы нам платите за это деньги. Если нет, то в типовом договоре четко написано: по балансовой принадлежности. У нас с вами такого соглашения нет - значит, принимаем линию балансовой принадлежности. О чем тут спорить? Я не знаю».
Причина спора, считает Константин Бреусов, заложена в договоре 2008 года, подписанном между «МашзаводМунаем» и КСК. И спор не разрешится до тех пор, пока будет действовать этот договор - пока монополисты не откажутся от желания перекладывать собственные проблемы на плечи потребителей. По мнению юриста, спорные вопросы по теплу уйдут с установкой общедомовых теплосчетчиков. А с электроэнергией вообще споров не должно быть, так как потребитель платит по приборам учета. Но Константину Бреусову совсем не понятно, о каких технических потерях электричества ведет речь монополист: «Законом внутридомовые потери не регулируются. Как же можно обязывать КСК, занимающиеся лишь эксплуатацией внутридомовых инженерных сетей, платить за потери? Кто обяжет потребителя, ведь в конечном счете за все платить ему? На какие расчетные методики ссылается монополист, если нет нормативных документов, регулирующих эти расчеты? Почему КСК должны оплачивать технические потери, к примеру, за 2008 год? Общеизвестный факт, что тепла тогда недодавали. Следовательно, и потери должны быть другими. Откуда такая большая сумма? Разве ТЭЦ дала в прошлом году столько тепла? Разве потребитель получил это тепло? Мы подсчитали: если потребители будут платить за технические потери, то удорожание одного квадратного метра будет в среднем на 12 тенге».
Председатель общественного объединения юридических лиц «Нур Орда» Нэля Рукавцова убеждена, что монополистам давно уже пора умерить свои аппетиты: по ее мнению, «Джет-7», подготавливая заявку на новый тариф, не мог не знать, что будет нести определенные расходы, связанные с ремонтными работами, на всем пути своей эксплуатационной ответственности, включая спорные участки теплосети: «И в АРЕМе не дураки сидят: зная это, все затраты заранее заложили «Джету-7» в тариф. Что касается электричества. Мы много говорим о потерях. А почему ни слова о воровстве? Кто обязан за этим следить? Монополист. Почему добросовестные потребители должны платить за чье-то воровство и, таким образом, за потери монополиста? И вы решили свои нерешенные проблемы, если на потребителей взвалить не получилось, переложить на КСК. Вдобавок ко всему вы вместе с антимонопольным комитетом разделили потребителей на две категории, у кого есть счетчики и у кого их нет, и на этом получаете выгоду. Хотя это ваша обязанность - ставить счетчики. Вам мало. Теперь вы решили заработать на технических потерях. Хватит».

А кто может нам, потребителям, предъявлять плату за технические потери?

Стоим на том, что никто, но исходим из того, что претензии реально предъявляет «МашзаводМунай». По мнению Константина Бреусова, энергоснабжающая организация не имеет права выставлять счета за технические потери тепла и электричества, не имея у себя на балансе ни тепловых, ни электрических сетей. На это мнение есть возражение председателя коллегии по гражданским делам Акмолинского областного суда: «...исходя из содержания приведенных судом Правил (имеются в виду Правила организации и функционирования розничного рынка электрической энергии и Правила пользования электрической энергией. - В.М.) не является запретом на подачу иска о взыскании задолженности по потерям электрической энергии отсутствие у истца («МашзаводМуная». - В.М.) собственных сетей и статуса энергоснабжающей организации (из Постановления коллегии по гражданским делам на апелляционную жалобу «МашзаводМуная», приведено оригинальное написание). Другое дело, что это требование «МашзаводМуная» к КСК платить за технические потери тепла и электричества должно быть обоснованным, законным.

На каком основании монополист решился предъявлять потребителям счета за дополнительные технические потери?

Основание должно быть одно - утвержденный АРЕМом тариф. Антимонопольный комитет не предусматривает (не имеет права) предъявление со стороны монополиста в адрес потребителей дополнительных, сверх тарифа, платежей. Даже если у монополиста появились (иначе скажем, по ходу дела выявились) дополнительные потери.
Но, к сожалению, у монополиста имеется на руках (правильнее сказать, до конца 2009 года имелось) еще одно, откровенно скажу, сомнительное основание – договоры, которые в 2008 году были заключены между КСК и «МашзаводМунаем» и на основании которых кооперативы обязаны «оплачивать энергоресурсы, потребленные на здания и помещения, принадлежащие «Абоненту», на общедомовые нужды, а также в случаях, оговоренных настоящим договором».
Странно, что такой договор вообще был подписан кооперативами - по сути, они подписались под тем, что готовы платить за предъявляемые потребителям технические потери, то есть взяли на себя обязательство оплачивать все счета монополиста и тем самым загнали себя в тупик. Насколько добровольно подписали (а в договоре обе договаривающиеся стороны равны) - другой вопрос. Председатели КСК в один голос заявляют, что им чуть ли не выкручивали руки - мол, без этого договора «МашзаводМунай» отказывался подписывать паспорта готовности домов к зиме. Вот тогда, на мой взгляд, и надо было председателям КСК поднимать бучу - объединяться и на уровне, к примеру, акиматовских совещаний (впрочем, и там без давления не обходилось) отстаивать свои интересы (не забывая при этом, что это, прежде всего, интересы всех членов КСК). Председатели осмыслили случившееся, когда получили от «МашзаводМуная» счета на оплату технических потерь, и платить отказались. Но не все. К примеру, КСК «Феникс» такую оплату производил (естественно, за счет взносов членов КСК), А остальные? Остальные с октября 2008 года становились должниками «МашзаводМуная». Остальные, в конечном итоге, - это мы с вами. Но мы-то не уполномочили председателей КСК на заключение таких договоров с монополистом. И ни за что не уполномочим - разве и без того мало платим? Вот он тупик-то. Это сейчас понимают все председатели. И поэтому с января 2010 года пытаются сделать то, на что не решились в 2008 и в 2009 году, - отказаться от кабальных, нарушающих закон договоров с монополистом, и теперь, уже при юридической поддержке Константина Бреусова, предлагают свои оферты (варианты договоров, в которых мухи отделены от котлет и в которых - самое важное для председателей и членов КСК - нет обязательств кооперативов оплачивать технические потери тепла и электричества в домах).
Думаю, догадываетесь, какой была реакция монополиста на эту «смелость» председателей КСК и КСП. Правильно: монополист возмутился до глубины души и упорно начал настаивать на пролонгации договоров 2008 года, а в случае отказа от их продления готов вести себя так, как повела себя героиня Нонны Мордюковой в известной кинокомедии «Бриллиантовая рука»: «Не будут брать - отключим газ» (в нашем случае - лишим КСК, опять же нас с вами, тепла и электричества). И если «высокие договаривающиеся стороны» не договорятся (а именно этому - изменению договорных отношений - посвящены январские встречи председателей КСК с монополистами), то путь один - в суд, где, естественно, монополист будет настаивать на оплате долгов, а КСК будут заявлять о незаконности этих требований как следствии противоречащего закону договора образца 2008 года.

Кто именно должен платить за выявленные монополистом новые технические потери? И надо ли вообще платить?

В расшифровке счет-фактуры «МашзаводМуная» написано: «потери населения». Значит, платить должны мы с вами, то есть каждый из нас - дополнительно к тому, что уже по тарифу оплачиваем. Тогда естественен другой вопрос: а почему мы не видим в своих платежных квитанциях от «МашзаводМуная» этих дополнительных счетов за технические потери тепла и электричества? Потому что, как справедливо замечает директор УЭС Георгий Шнайдер, монополист не может предъявить потребителям ничего сверх того, что утверждено тарифом. Да и как предъявлять непосредственно населению, задается риторическим вопросом Константин Бреусов, если в домах не зарегистрированы кондоминиумы? Понимая это, «МашзаводМунай» выставляет счета КСК - как юридическому лицу (при этом, кстати, отказывается заключать с КСК такие же договоры, какие заключает с другими юридическими лицами). Но, правильно замечает Тамара Ламтева, в соответствии с Законом «О жилищных отношениях» и КСК не может предъявить жильцам домов эти платежи, поскольку не отвечает по долгам своих членов (равно как и они не отвечают по долгам КСК). Опять тупик.

Каков же выход из тупика?

КСК предлагают не доводить дело до судов - затратное и муторное это занятие, а заключить новый договор, и даже не один - несколько, которые бы регулировали в соответствии с жилищным законодательством отношения монополистов и потребителей в сфере коммунальных услуг. Естественно, без камня преткновений, то есть без пункта об оплате технических потерь тепла и электричества.
Готов ли к этому монополист? Честно сказать (у меня сложилось такое впечатление) - нет, не готов, но, если судить по выступлениям генерального директора «Джета-7» Ильдара Гиниатулина, выказывает эту готовность на словах. Можно даже сказать, и на деле: с начала 2010 года кооперативам счета за технические потери тепла не выставляются, до полутора-двух процентов вместо прежних пяти снижены технические потери за электричество. Но все же это, скорее, не от готовности договариваться по-хорошему, а вследствие необходимости (а может, от осознания собственного тупика?). Иначе как объяснить, что долги 2008 и 2009 годов все-таки висят на КСК? Или как еще объяснить, что все-таки монополист намерен выставлять непонятно как рассчитываемые 1 - 2 процента за потери электричества?
Мне кажется, что для начала монополисты должны договориться сами с собой. С одной стороны, генеральный директор «Джета-7» Ильдар Гиниатулин во всеуслышание заявляет, что процент оплаты электрических потерь будет установлен на основе подкрепленных расчетов, с другой - как говорят председатели, получить эти расчеты от монополиста не возможно. С одной стороны, генеральный директор «МашзаводМуная» Нафиса Байбусинова отправляет в акимат официальное письмо, в котором заявляет, что договоры на тепло- и электроснабжение утратили свою силу 31 декабря 2009 года, с другой - во время последней встречи с председателями КСК говорит о том, что договор прошлого года, из-за которого весь сыр-бор, по-прежнему остается действующим. Монополист в тупике? Но тупики на то и даются, чтобы находить из них выходы. КСК предложили свой вариант выхода - оферты трех договоров на 2010 год. Чем ответит монополист? Узнаем на следующей неделе.

Виктор МОЛОДОВСКИЙ

Из сказанного акимом города Андреем Никишовым на недавней планерке:
«Вопрос серьезный. В ничьей собственности находится участок трубы по теплообеспечению. «МашзаводМунай» отказывается, КСК отказываются. А мы посмотрим на законодательство, заберем в коммунальную собственность города, заложим средства на обслуживание, выставим тарифы – потом не обижайтесь. «Горкоммунхоз» будет зарабатывать. А председатели КСК будут платить. Это будет целая надстройка, почти как «МашзаводМунай». Потом я скажу на отчетном собрании, почему, возможно, увеличится обслуживание одного квадратного метра. А жители вам этого не простят».
Просмотров: 741 | Добавил: Admin | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar