Главная » 2013 » Ноябрь » 8 » Шесть суток обыкновенного героизма (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
21:38
Шесть суток обыкновенного героизма (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)
25 октября центральные телеканалы распространили трагическую весть: на руднике Жолымбет в Акмолинской области нашли горняка, погибшего под завалами в шахте «Центральная». И скупой строкой: в спасательных работах было задействовано почти 100 человек.
Конечно же, справедливо в таких случаях, в первую очередь, говорить о тех, кто оказался в беде. Но никакой справедливости в том, что в журналистских материалах нет или почти не находится места для тех, кто спешит на помощь. Зачастую так и остаются безвестными герои, проходящие ради спасения других путь, не менее трудный и страшный, чем тот, какой проделали оказавшиеся под завалами проходчики. О них, о настоящих мужиках – бойцах Жолымбетского военизированного горноспасательного отряда, в течение шести суток разгребавших завалы в шахте «Центральная» в поисках пострадавших, - наш сегодняшний рассказ.
 
Трагедия на руднике горно-металлургического концерна «Казахалтын» произошла ночью 19 октября – в два часа десять минут обрушилась кровля на шахте «Центральная». В тот момент под землей находились трое горняков, занятых в расчистке горной выработки. В момент обрушения один проходчик отпрыгнул в сторону ходовой восстающей выработки, второго завалило горной массой, третий, со слов спасшегося проходчика, вроде бы, прыгнул в сторону тупиковой выработки.
Как только стало известно о трагедии, бойцы Жолымбетского горноспасательного взвода незамедлительно были подняты по тревоге и спустились в аварийную шахту. Поиски пропавших осложнялись тем, что горная крепь продолжала обрушаться, массивные обвалы не прекращались и во время расчистки выработки. Аварию в шахте «Центральная» оценили как наисложнейшую и в помощь жолымбетским горноспасателям призвали их коллег – бойцов Аксуского и Бестобинского взводов Жолымбетского военизированного горноспасательного отряда, а также спасательную бригаду из Караганды.
Командир второго отделения Аксуского взвода горноспасателей Нуржан Есметов восстанавливает хронологию горячих событий: в 6.45 позвонил заместитель по профилактической работе Жолымбетского горноспасательного взвода Ерлан Мусин: «На руднике Жолымбет обрушение горной массы, в аварийной шахте остались пострадавшие - одного откапывают, о втором ничего неизвестно. Поднимайте отделение!».
Пять горных спасателей во главе с командиром по тревоге выехали из Аксу и уже через час пятьдесят минут (как тут не пнуть тех, по чьей вине десятилетиями не ремонтируются аксуские дороги?) начали спуск в аварийную шахту – на смену жолымбетским коллегам, которые уже без малого семь часов разгребали завалы, пробираясь к пострадавшим.
К этому времени жолымбетские спасатели раскопали и вытащили на-гора проходчика Ракижанова – чудом оставшегося в живых (придавленный горной массой, он сломал три ребра).
«Если бы чуть запоздали – не спасли бы, - поясняет ситуацию врач Аксуского взвода горноспасателей Арлан Дукенов, который во время аварии не только следил за состоянием здоровья горноспасателей, но и сам участвовал в расчистке завалов. - У пострадавшего был краш-синдром, когда в сдавленные органы или конечности не поступают кровь, кислород, - и ткани омертвевают. Трупный яд, который возник вследствие длительного сдавления, попадает в кровь – начинается почечная и сердечная недостаточность. Шесть часов понадобилось, чтобы найти и вытащить пострадавшего. За это время он мог и умереть».
Говорят, оставшийся в живых шахтер родился в рубашке. Спасатели застали его в тот момент, когда проходчик уже не контролировал свое сознание – то пел, то матерился, то смеялся, а в минуту просветления, когда его, по грудь схваченного горной массой, вытаскивали из смертельных тисков, сам уже не верил своему спасению – говорил, что, наверное, все обрушится. И, чудом спасенный, - плакал. В эту минуту, когда жолымбетские спасатели на руках спускали по ходовой части вырванного у смерти плачущего шахтера, не сдерживали слез и они.
За этим чудесным спасением – уму непостижимая, тяжелейшая, на износ, на пределе человеческих возможностей, героическая работа: в условиях плохой видимости - когда свет фонаря не в состоянии пробить сплошную мглу дальше нескольких метров; в малопригодной для дыхания среде - когда легкие жадно хватают воздух от нескончаемого перелопачивания завалов; в едином боевом ряду - когда по цепочке в метре друг от друга, из рук в руки, в течение двенадцати часов передавали на-гора тонны обрушившейся породы. Не подвиг – скажете? Тогда представьте себе – что вся эта не человечья работа не только в любой момент может пойти насмарку – вернуть бойца назад, к уже отвоеванным у незримого врага метрам (от одного только человеческого слова, от одного лишь удара киркой по плацу расчищенное вновь и вновь заваливается горной массой), но и способна привести к трагедии – засыпать очередным обвалом теперь уже самого спасателя. Говорят, когда начинается обвал, первые камни, падая друг за другом, как бы предупреждают об опасности, и главное теперь – побыстрее отскочить назад, на метр-другой расчищенной территории, чтобы не оказаться заживо погребенным под тоннами горной массы, с грохотом накатившими смертельной волной – как будто из пушек палили. Представитель МЧС так и сказал бойцам: «Вы здесь – как на войне». Перед такой стихией человек – ничто, и все сделанные спасателями укрепления сносит огромной глыбой вмиг, а подпирающие твердь бревна ломаются как спички. Что уж тут человек – щепка!
Аварийный, шестой, участок шахты «Центральная» – это, с одной стороны, пространство с пятиэтажный дом, в двадцать метров диаметром и столько же в высоту, откуда в любую минуту может прийти смерть (спасатели говорят, падающий даже с пяти метров камень способен пробить защитную каску), и, с другой стороны, узкий лаз на месте завала, зажимающий спасателя в тиски так, что просто не продохнуть, а ему надо с лопатой и тяпкой, сантиметр за сантиметром, без перерыва, на коленях пробивать себе путь вперед и любой ценой остаться в живых, чтобы выполнить поставленную командиром задачу.
Командир, говорят горные спасатели, ключевая фигура при спасательных работах. Он всегда впереди – не только ведет за собой бойцов, но и управляет их действиями, при этом не упуская из виду ни одного подчиненного: командир головой в ответе за каждого.
И еще. Командир не имеет права на страх. Нет, не так – он не имеет права показать своим подчиненным, что ему страшно. Один из спасателей, отвечая на вопрос о страхе, сказал, по-моему, очень просто и правильно: «Страшно, конечно, но это не страшно». И не припомнят горные спасатели Аксуского взвода, чтобы кто-то из их числа отказывался спускаться в аварийную шахту, потому что страшно. Не было такого. Пример командира очень много в такую минуту значит.
«Я сам отец троих детей, - продолжает поднятую мной тему страха один из горноспасателей. – Был в шахте, когда надо мною смерть висела. Было страшно – мне есть для кого жить, но никто не видел моего страха». – «Да и не до него, - добавляет другой. – Командир дал задание, я не имею права его подвести, надо делать свою работу – нет времени бояться».
И они, бойцы Аксуского горноспасательного взвода, придя на смену жолымбетским товарищам, делали свою работу.
В тот же трагический день, 19 октября, в 12.30, в помощь второму отделению Аксуского взвода отправили третье – через два часа пробирались к самому опасному месту аварии уже вместе. И так – шесть суток. Шесть суток горные спасатели, сменяя друг друга, сначала через двенадцать часов, а спустя три дня, когда усталость накопилась, - через шесть часов, выгребали обвалившуюся горную массу. Шесть суток – время, практически не оставлявшее надежду на спасение попавшего под завал шахтера. И ускорить спасательные работы никак нельзя было: «Там очень тесная выработка – лишь один человек в ее горловину залезть может». И медлить ни минуты недопустимо: не один только долг человеческий да военный к усердию обязывал, но и верная оценка ситуации – горная масса то и дело обрушивалась и, в случае промедления, могла стать могилой для находящихся в опасном месте горных спасателей.
О тупиковой выработке, к которой шли, уже имели примерное представление и ориентировочно знали, где может находиться второй пропавший без вести, - маркшейдеры дали горным спасателям карту забоя, а она указывала на два маленьких орта (единичных вектора), в один из которых мог шахтер заскочить, если успел, конечно. Оба пути были засыпаны, и на их расчистке сосредоточили силы горноспасатели. На третьи сутки прошли правый орт, пробили лаз в тупиковую выработку – очень надеялись, что слесарь Россихин мог укрыться от завала именно здесь, но, к сожалению, ожидания не оправдались: не было там проходчика.
Остался один, самый опасный путь, на котором завалы были особенно частыми. Путь не только опасный, но и неимоверно тяжелый: два метра вперед проходили – на три назад отступали, потому что следом на расчищенную площадку падала отвалившаяся порода. И все сначала. Всю тяжесть пройденного горными спасателями пути к спасению человека можно измерить… в тоннах: за шесть суток 700 тонн обвалившейся горной массы на-гора руками вытащили. За одну только шестичасовую смену пятью парами рук по 10 – 12 тонн горной выработки выгребали. Чтобы убрать метр обрушившейся горной породы, порой нужно несколько часов, по полдня на расчистку завала уходило. И как тут обойтись без мата, когда снова и снова все рушилось? Было такое, что возвращались на те же метры, какие уже расчищенными передавали приходящим на смену товарищам, – на четвертые сутки очередной обвал засыпал отвоеванную у аварийной шахты территорию. Приехавший на место трагедии представитель Комитета по госконтролю за ЧС и промышленной безопасностью признался: «За 32 года своей работы я первый раз такую тяжелую аварию вижу. Вам приходится работать, рискуя своей жизнью, когда все постоянно сыплется и обрушается».
К вечеру 24 октября второе отделение Аксуского горноспасательного взвода было практически у цели. Спустившийся со спасателями проходчик подтвердил: «Правильно идете, здесь продолжайте копать». В 19.05 пришли на смену бестобинские спасатели – им подсказали: вправо не берите, идите левее. И уже через сорок минут после того, как поднялись на-гора аксуские бойцы, дошла до поверхности весть: нашли человека, на тридцать сантиметров вглубь от того самого места, где два отделения сменили друг друга.
В 19.45 на расчищенном участке увидели волосы погибшего. По словам спасателей, это было самое опасное место: обвалы горной массы происходили там чаще, чем где-либо. И вытащить придавленного каменными глыбами человека, то и дело засыпаемого сверху, было тяжелейшей задачей. Уже в 23 часа на помощь к бестобинским спасателям вновь пришли бойцы Аксуского взвода: к этому времени шахтера удалось откопать только до груди. А дальше – никак: масса, сыпавшаяся сверху, порой опережала спасателей. В таких условиях все-таки докопали до бедра погибшего проходчика, но никак не могли вытащить его правую ногу – она была зажата двумя большими плацами. Ставили между ними клинья, пытались копать под плацем, разбивали его на куски, а удар кувалды вызывал новые обвалы. И только в три часа утра удалось извлечь из-под завала тело 55-летнего слесаря.
Для четырех бойцов Аксуского военизированного взвода, Виталия, Руслана, Геннадия и Бакытжана (самому молодому из них 22 года), – это первый опыт спасательных работ – к тому же, на аварии, где не обошлось без смерти. На мой вопрос, что пережили, как вынесли свое боевое крещение, ребята без пафоса ответили: как все, делали свою работу, никаких особых чувств не испытывали: «Нормально все. Собираемся и дальше здесь служить».
Психолог филиала Жолымбетского военизированного горноспасательного отряда Галина Пономарева скажет об этих ребятах и опытных бойцах по-человечески тепло и просто: «Настоящие мужики. Они из тех, кто мечтает о космосе, кто любит рисковать. По сути – герои. Ни один не сломался, ни один не подвел. Работа у них такая».
Работа у них такая – рисковать собственными жизнями, чтобы спасать другие. Шесть суток обыкновенного героизма, о которых мы вам сегодня рассказали, между прочим, берут свой отсчет с 19 октября – Дня спасателя. В этот день прибывший в Жолымбет вице-министр МЧС поздравил горных спасателей с праздником и, понимая бессмысленность торжественных речей, когда все только начиналось и неизвестно, как еще закончится, напутствовал: «Ну что поделаешь – работа у вас такая».
 
Виктор МОЛОДОВСКИЙ

Психолог Галина Пономарева вспоминает о других, не связанных с работой, минутах в те шесть суток обыкновенного героизма: «Кто-то из ребят помял методичку, которые я им раздала перед началом спасательных работ. Говорю им: я в Аксуском взводе за помятую методичку всех ругаю. А в ответ слышу: Ругайте, Галина Аркадьевна, ругайте! Это так приятно – так это родной дом, любимых жен нам напоминает!»

Просмотров: 1391 | Добавил: Admin | Рейтинг: 5.0/5
Всего комментариев: 0
avatar