Главная » 2012 » Ноябрь » 18 » На свалке жизни (Максим БАЛУЕВ)
14:25
На свалке жизни (Максим БАЛУЕВ)
Сегодня в Степногорске скитаются по улицам официально сто с лишним бомжей. Но даже эта цифра – примерная. Не привязанные к одному месту, они кочуют по городу в поисках лучшей доли. Их избивают, берут в рабство и даже убивают. Корреспонденты «Престижа» неделю провели на улицах в поисках бездомных.

В больнице бомжи чувствуют себя как дома

Заведующая приемным отделением городской больницы Пану Осипова с тревогой каждый год ждет наступления холодов. В морозные дни и до наступления весны в больницу массово поступают бездомные. Буквально на днях в гинекологию к своей возлюбленной пытался попасть бездомный мужчина. Женщину госпитализировали, а он так и провел ночь в холле, испугав медсестру, при этом настаивал, чтобы его тоже положили в больницу.
Зимой в отделение валом привозят обмороженных или обожженных трубами на теплотрассах бомжей, почти умирающих. Нередки случаи заболевания гепатитом, а на фоне постоянных пьянок развиваются цирроз печени, болезни сердца и отказывают почки. Поступивших в «приемный покой» бомжей первым делом отмывают. Вот уж не завидую я санитаркам и медсестрам, которые это делают! Пациенты «приемника» все исключительно запашистые и вшивые. Сердобольные сотрудники отделения шутят, что впору открывать здесь секонд-хенд: медики несут из дома старые вещи, в которые и переодевают своих клиентов. А вот бездомного Серика Кауренова в отделении встречают как родного! Всегда чистый и даже наодеколоненный, приходит он в больницу регулярно. А если вдруг врачи не находят повода его госпитализировать, показывает свое актерское мастерство – начинает в судорогах биться на полу. Тут позавидовал бы любой режиссер! И Кауренова госпитализируют с очередной хронической болячкой. В отделении мужчина осваивается настолько, что начинает обчищать холодильники остальных пациентов: сегодня для бомжей в отделениях не предусмотрены отдельные палаты. В свою очередь, больные толпами ходят жаловаться на то, чтобы их оградили от воровства, вшей и запаха и перевели в другие палаты. Но бывает, что в отделении попросту нет свободных палат, впрочем, как ограничено и количество коек.
Пану Осипова шутит, что бомжи – самое привилегированное в городе население, их всегда примут и всегда обследуют.
- Иногда пациенты поступают к нам израненные, - говорит Пану Осипова. – С ног до головы мы их обследуем, чтобы, не дай Бог, не умерли – спрос будет нешуточный. А вот когда они валяются на улице – не нужны никому!
К слову, в этом году внезапно прямо в отделении скончалась бездомная женщина. Несчастная, вроде бы, и не собиралась отправляться в мир иной и даже была непьющей. Но как тут выдержит сердце, когда столько переживаний: мошенники завладели квартирой, с сыном вынуждены были ютиться в подвале…
Как люди отправляются на дно жизни? По словам Пану Осиповой, многих мужей и отцов бросают семьи, уезжают за границу, оставляя без средств к существованию своих родных. В начале двухтысячных бездомные жаловались на то, что их увольняли с работы, а женам такие безработные мужья оказывались не нужны. Пожалуй, из десятков трагических историй есть у Пану Будешевны одна-единственная, которая, можно сказать, с добрым концом. Степногорский бомж Свирин невесть каким образом оказался в Кокшетау с инсультом. Областные медики продержали пациента месяц, да так и выписали парализованным, посадили в попутную медицинскую машину и привезли в Степногорск. В городе мужчину опять положили в больницу: за два месяца он заново научился ходить и говорить. После выписки у Свирина нашлись родные, которые отправили его в дом инвалида. Считается, что это лучший исход для бомжа – попасть в медико-социальное учреждение. Иначе – неминуемая гибель.
- А еще была у нас женщина, которая в начале двухтысячных жила в хирургии целый год! Тогда Молдагаипов ее приютил, нашли красный халат, бесплатно кормили. А она помогала санитаркам и ходила на все торжественные собрания вместе с врачами. Потом женщину выписали, и она умерла от алкоголизма, - вспоминает Пану Осипова.
По всем правилам бездомные пациенты не должны залеживаться в больнице. Однако, как рассказали работники хирургического отделения, куда массово поступают в морозы бездомные, бомжей приходится держать здесь в общей сложности по несколько месяцев, кому-то ампутировать конечности. Ну куда таких выпишешь? Чтобы безногому пациенту оформили инвалидность, должно пройти несколько месяцев – вдруг ноги заново вырастут?!

С протянутой рукой

Одно из любимых пристанищ бомжей – городской рынок. Здесь существует даже место под названием «пятак», где собирается дешевая рабочая сила - бездомные. Надо же как-то на жизнь зарабатывать? Бомж Валера сидит неподалеку от хлебного киоска. Как в фильмах – с протянутой рукой. На вид мужчине – не меньше шестидесяти. На голове у него шапка-ушанка, на ногах тонкие осенние ботинки. Сам, бедняга, одет не по сезону легко, так что зуб на зуб не попадает. Сую ему припасенную заранее зимнюю куртку, которую носить уже не будешь, а выкинуть – жалко.
- Как вы здесь оказались? – Валера аж улыбнулся от столь уважительного обращения, радостно держа в руках пакет с подарком.
- В 2001 году освободился из зоны за кражу. Пока сидел, отец и младший брат продали хату без меня да уехали в Россию. Так я оказался один и на улице. Работал, пока ноги были здоровые, а в том году отморозил их. Они хоть и целые, но мерзлые. Я тогда вообще чуть не помер – без сознания упал в снег, благо мужик мимо проходил и вызвал «скорую». Так бы умер уже.
По словам Валеры, перебивается он подачками от прохожих. По воскресеньям, как все верующие, ходит в церковь. Больше, конечно, не грехи свои замаливать, а чтобы вещи кое-какие взять. Моется Валера, как накопит нужную сумму (250 тенге стоит помыться в частной бане в поселке Пригородном). Живет бездомный в тепле – в подвале одного из домов первого микрорайона, где на ночь его даже закрывают. Документов не имеет, а вот мое предложение оформить себе инвалидность воспринял воодушевленно.
- Да, кое-какие деньги не помешали бы – мне до пенсии целых 13 лет еще, - ошарашил меня Валера своим возрастом и, оценив мою доброту, заказал еще:
- Если не сложно, принеси мне зимние ботинки – ног не чувствую…

У нас тут питания – целые машины!

В поисках бездомных заглянули мы и на городскую свалку. Руководство свалки благодушно не запрещает бомжам обитать здесь и даже работать. Целый день бездомные встречают мусорные машины – в ожидании еды, вещей и металла. Группа бездомных тщательно сортирует железки, чтобы потом сдать это добро в пункт приема металлолома. Это, пожалуй, один из легальных способов заработка – сдавать выброшенный на помойку металл, нежели грабить дачи и тащить с них все, что придется.
Наше внимание привлекла черная от сажи старушка в длинном болоньевом пальто.
- А чем вы поможете? – отнеслась с недоверием женщина к журналистам. – Лишь раскритикуете! Никому из власти до нас нет дела. А ведь в том, что я оказалась на улице, - виновато именно государство. Мы с мужем жили на подсобном хозяйстве в Аксу, который относился к руднику, имели 14 голов скота. Я всю жизнь работала дояркой, свинаркой, зоотехником. А как начался кризис, развалили подхоз и все разворовали. У нас отключили свет – все разобрали по проводам. В конечном итоге мы с мужем остались без дома. У меня даже документы на квартиру сохранились, но кому они нужны? Должны же мне были взамен дать хотя бы комнату в общежитии?
Но этот вопрос так и повис в воздухе. Галина, как представилась женщина, живет на свалке уже 14 лет. Несколько лет назад похоронила мужа, с которым в укромном местечке возвели хибару. Есть здесь и печка-буржуйка, и спальное место, и даже угол, где стоит икона. Правда, заходить в самодельный картонный домик приходится в полусогнутом состоянии.
- У меня пятеро детей, все взрослые, - продолжает разговор Галя. – Сын иногда в гости приезжает, помогает. Пожила я у него дома в прошлом году, но больше не хочу – все-таки у них своя семья. У дочери пожила – там вообще в одном доме три семьи ютятся. В общем, не хочу никого стеснять, да и сама в тесноте жить не привыкла – опять ушла сюда. Зимой, когда становится уж очень холодно, снимаю квартиру. Но все равно раз в неделю сюда прихожу – тянет. Это как болезнь! Здесь ты занят делом, а сидеть с другими бабками на лавке и точить лясы я не могу.
- А пенсию получаете?
- Нет, не все документы получается оформить. Говорят, надо подтверждение, что есть дети: трое, которые живут в Степногорске, дали, а вот с дочерьми, уехавшими в Россию и Германию, нет связи. Да и боюсь я пенсию получать – вдруг умру от такого количества денег? Мне и копеек хватает.
- И чем зарабатываете кроме металла?
- Целыми днями разбираем мусорные машины. За «Газель» собранного картона дают 5000 тенге. Безбедно живем, не каждый себе может позволить так зарабатывать! Вечерние машины теперь приходится разбирать утром, так как темнеет рано. Одна женщина собирает вещи и продает их на рынке, в льготных рядах. Нам, по сути, не на что тратиться. Зачем нам покупать еду? У нас тут питания – машинами! Картошка, капуста, огурцы, помидоры... Есть такие степногорцы, что завернут остатки еды в несколько пакетов, а есть и такие, что нагадить в пакет не постесняются!
Окидываю глазом нехитрый стол Галины: и вправду, богатый! Джем, печенье, остатки «Фанты»… Сама Галя достает из пакета новенькую женскую кофту:
– Ты такое купи в магазине! – хвастается она мне. А еще показывает кучи пальто, курток и других вполне сносных вещей.
- А за найденное-то не дерутся?
- Что дерутся, это все сказки! – смеется Галина. – У нас, наоборот, все открыто: если я отложила свое в сторонку – значит, все знают, что это мое.
- И что, духом не падаете от такой жизни?
- Зачем? Наоборот, здесь хорошо, свободно и спокойно. Бывает, чужаки приходят. В основном такие, кому нужна бесплатная рабочая сила. Старые люди уже не подписываются на такую «работу» - вот они пытаются новеньких забирать. Однажды приехали сюда, избили одного, сунули в багажник и увезли куда-то. А он сбежал из этого рабства. В основном рабочие нужны в аулах и совхозах. Приезжали сюда и люди в форме, двоих молодых парней забрали и уехали. А недавно приезжал один мужик наглый – подозвал нас со знакомой моей, Тоней. Я отказалась идти, Тоня пошла. Так он, наглец, ей открытым текстом говорит: нашему дедушке нужна бабушка! А я говорю – так сразу бы и сказали, что рабыня Изаура ему нужна!
Кстати, у Галины богатое хозяйство – несколько собак и кошек. Их сюда не хуже живых людей выбрасывают…

Год в рабстве

Уж очень нас заинтересовала судьба этого бездомного, который побывал в рабстве у каких-то «господ». И мы попытались его разыскать, но сделать это было непросто. На свалке Игорь, как сказали его «коллеги», появляется редко, а как узнал, что его кто-то разыскивает – так вообще покинул свое импровизированное жилище. Несколько раз мы приходили сюда, но лишь обнаружили нового постояльца хибары на два спальных места.
- Игорь ушел, - с недоверием пробурчал только что проснувшийся мужчина в возрасте. – Куда – не знаю!
Оказалось, что мужчина поселился на отшибе, в одном из ближайших лесных колков. Почему он ушел от людей, Игорь так и не ответил вразумительно. Мало того, он явно был испуган, когда мы потревожили его покой. Жилище мужчины, впрочем, не отличалось от увиденных ранее. Строение уже было обжито несколькими постояльцами. Теперь здесь живет Игорь. Из-за негустой бороды (бриться не забывают даже бомжи) проглядывало лицо без морщин. До пенсии бездомному мужчине целых 14 лет! На свалке жизни Игорь оказался благодаря своим знакомым, которые попросту обманули мужчину. Когда-то он имел квартиру в третьем микрорайоне, а эти самые знакомые предложили выгодный обмен с доплатой. Однако Игорь вселился и вовсе в чужую квартиру, не потребовав никаких документов. Вернувшиеся хозяева выставили чужака за дверь. Игорь пошел скитаться. Успел побывать даже в Шымкенте. Чем он занимался там, Игорь рассказывает неохотно. Но говорит, что бродяжничает уже порядка восьми лет. Следом за квартирой потерял и работу на РУ-2, а затем и на ТЭЦ. Умерла жена, а трое детей разъехались кто куда, в Россию.
Со страхом Игорь повествует о том, что имел неосторожность связаться с «частниками». Так он называет тех, кто обещал золотые горы, однако потом содержал в рабских условиях. Один раз, вроде бы, обошлось – наниматели заставляли разбирать Игоря брошенные дачи, пасти скот, вести хозяйство. Платили едой и, по сути, держали в черном теле. Тогда ушел он тихо и мирно. Эти же «работодатели», по словам мужчины, приехали чуть позже – снова позвали Игоря на работу. А когда получили отказ, то избили худого мужчину, затолкали в машину и насильно вывезли за город пасти скот. Не продержался Игорь и года – снова убежал от хозяев. И снова они его искали. С тех пор мужчина потерял доверие к чужакам, очень осторожен к окружающим и, может, именно поэтому так часто меняет места своего обитания.
По словам Игоря, он однажды обращался в центр занятости с просьбой подыскать ему работу. Но желание трудиться легально так и осталось в планах – говорит, ничего подходящего не подыскали. Да и сам мужчина уже привык скитаться. Иногда выходит поживиться на свалку. А зимой, уверяет, уходит жить на квартиру к однокласснику. Вроде, и женщина у него есть, да только не по душе она Игорю – так, если в гости зайти, не то чтобы жить. А может, и приврал он журналистам, чтобы казаться состоятельнее.
Не знаю, хорошо это или плохо, но Игорь не скрывает, что закладывает за воротник. В одиночестве мужчина пить не может – зовет в гости двух-трех собутыльников, в компании которых отмечают дни рождения.
Несмотря на свежесть утреннего воздуха, мужчина стоял с распахнутой грудью.
- Неужели не болеете? – удивляюсь я.
- Очень редко, в этом году еще ни разу, - уверяет меня Игорь.
- А как-то свою жизнь менять собираетесь?
- Я уже махнул на все рукой, но попробовать можно…

Власти видят необходимость открытия приюта, но не видят возможности

По словам начальника отделения административной полиции майора Бауржана Жакупова, проблема с бездомными в Степногорске есть. Не имеющие документов люди задерживаются на улице, полицейские выясняют, есть ли у них родные и жилье. Если нет ни того, ни другого, то бездомных решением суда отправляют в приемник-распределитель в Кокшетау. Но и это, как оказывается, не решение проблемы. Здесь люди содержатся сроком до одного месяца, им восстанавливают документы. А затем выпускают на вольные хлеба. Что и говорить: многие снова становятся бродягами. Полицейские ратуют за создание центра для адаптации бомжей в городе.
При этом Бауржан Жакупов опроверг слухи о том, что регулярно армию бездомных Степногорска пополняют и столичные бомжи, которых машинами вывозят из Астаны.
- Такое было года два назад, когда саммит ОБСЕ проходил в столице, - говорит Жакупов.
Кстати, в этом году в полиции зарегистрировано убийство одного 37-летнего бомжа. Его труп был найден возле пожарной службы. Очевидцы говорят, что в задний проход несчастному якобы был воткнут черенок, однако в полиции эту информацию не подтвердили. Бедняга лишился жизни лишь потому, что попросил у незнакомого, кстати, тоже бомжа, закурить.
Начальник отдела занятости и социальных программ Лидия Белоглядова сообщила корреспонденту «Престижа», что на начало 2011 года в городе, по примерным подсчетам, было 69 бездомных, на начало этого года их стало в полтора раза больше – 101 человек. Лидия Петровна не скрывает, что ее служба не раз обращалась в областные структуры с просьбой открыть в городе небольшой центр адаптации бездомных. Подобный пункт даже включался в программу развития моногородов. Однако все уперлось в постановление правительства, где говорится, что подобные центры создаются при численности населения города свыше ста тысяч человек. При этом у Лидии Белоглядовой масса примеров, которые подтверждают – приют для бездомных городу нужен.
- Недавно из местной колонии освободился 76-летний мужчина, отсидевший 16 лет за убийство, - рассказывает Лидия Петровна. – Он не местный, а приехал из района и захотел тут остаться. Мы собрали все его документы, чтобы отправить в медико-социальное учреждение. А пока документы оформлялись, мужчина временно жил в местном общежитии.
Приходила искать жилье в акимат и женщина, одетая не по погоде, в шубе. Бездомная жила на городских дачах и остро нуждалась в крыше над головой. При этом вспомнила телефоны своей дочери и брата. Но дочка бродяжки никого не хотела слушать и коротко отрезала: «У меня нет матери. Меня воспитала бабушка. Где была эта женщина, когда я пять суток сидела без еды и воды?». А брат несчастной и вовсе сказал, что у женщины в крови – побираться. Бездомная женщина слышала весь разговор, молча развернулась, собрала свои котомки и ушла.

От редакции

Государственной ночлежке в Степногорске, вероятно, не бывать никогда. Но проблема-то осталась. Ближайшая такая организация находится в Кокшетау и вмещает в себя всего 50 бомжей. А сколько таких по области? И уж совсем чудом кажется нам открытие частных ночлежек для бездомных - как это сделали в Санкт-Петербурге обычные волонтеры. Для питерских бомжей ездит автобус, который оказывает мобильную помощь и снабжает бездомных питанием, функционирует приют для бездомных, а также зимний пункт обогрева в виде отапливаемых палаток. Причем никто из государства не финансирует эту организацию. Вероятно, непозволительной роскошью покажется для Степногорска и отдать целый подвал жилого дома бездомным, как это сделали в Актобе. Жильцы пятиэтажки сами предложили руководству центра адаптации бомжей, куда уже не вмещались клиенты, такое оригинальное решение. А в Уральске с октября по апрель волонтеры раздают горячую еду людям, оставшимся без жилья. Волонтерам помогают спонсоры и благотворители, а также акиматом разыгрывается денежный тендер в миллион тенге.
Идей много – было бы желание…

Опрос в тему

Мы задали степногорцам вопросы: считаете ли вы, что в Степногорске необходимо открыть центр адаптации для лиц без определенного места жительства, и помогаете ли вы бездомным?
Елена Чащина:
- Возможно, центр и нужен, но не всем, так как многие бездомные сами захотели такой жизни. Не помогаю я им по той же причине. Вот сидят на улице, побираются - грязные, вонючие, с перегаром. Меня всегда раздражает, почему я, инвалид 2 группы, могу работать, хожу с палочкой каждый день, а им тяжело? Они у меня копейки просят!
Евгения Канаева:
- Думаю, что открытие подобного центра – дело хорошее. Центр адаптации – это шанс человеку вернуться к нормальной жизни. Ведь причины, приведшие людей к этой черте, абсолютно разные. Зачастую, это равнодушие близких. Вот что страшно. Нужно быть толерантными и неравнодушными к бездомным. Я и сына всегда этому учу.
Бахыт Мажиева:
- Центр адаптации горожу нужен. А помогаю, чем могу: едой, деньгами, одеждой, особенно к Наурызу, Курбан-айту, когда встречаю бездомных на улицах города, возле жилых домов.
Василиса Карева:
- А кто бы мне помог?! Я одна с ребенком сама кручусь и возможность нахожу. Считаю, что многим бездомным надо было раньше заботиться о своей судьбе, о своем жилье и взвешивать свои поступки и взгляды на мир.

Максим БАЛУЕВ

Просмотров: 1127 | Добавил: Admin | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar