Главная » 2014 » Февраль » 16 » Как живете, дети? (Надежда КАХАНОВА)
22:44
Как живете, дети? (Надежда КАХАНОВА)
Раз за разом в новостных телесюжетах появляются сообщения о жестоком обращении и даже гибели российских детей, усыновленных американскими приемными родителями. В связи с этим лозунг «Не отдадим наших детей» приобрел большую популярность на российских просторах, а детские дома один за другим стали закрываться за неимением воспитанников. Можно только порадоваться за российских сирот, которым посчастливилось обрести семью у себя на родине. А что же наши дети? Каковы шансы казахстанских воспитанников детских домов найти новых родителей? И как им, не имеющим за спиной надежного тыла, живется за чертой совершеннолетия?
 
Нужно признать, что у нас ажиотажа вокруг детских домов не наблюдается. Но это вовсе не означает, что наши сограждане поголовно заражены вирусом равнодушия. Скорее, так происходит по причине несовершенства законодательства. У наших ближайших соседей работа в этом направлении ведется более активно. Семьи, имеющие приемных детей, получают солидную государственную поддержку, существуют различные региональные программы, а кроме того, там хорошо развита система семейных детских домов, где воспитываются до 20 приемных детей. Мы еще только движемся в этом направлении. Запрета на усыновление детей иностранцами в нашей стране нет, однако недавно законодательство в этой сфере было ужесточено. Теперь агентства, специализирующиеся на усыновлении казахстанских детей приемными родителями из-за рубежа, должны пройти очень серьезную аккредитацию. Изменения коснулись и усыновления внутри страны. Даже патронатным воспитателем теперь может стать только человек, имеющий педагогическое образование. Впрочем, по словам социального педагога Ирины Мамонтовой, в Степногорском детском доме вовсе не стремятся во что бы то ни стало отдать детей на усыновление. Усыновление – это серьезный шаг, и, чтобы не травмировать ребенка возможным повторным отказом от него, людям, изъявившим желание усыновить ребенка, советуют для начала оформить опекунство или патронат, дабы окончательно утвердиться в правильности своего решения. Причем, практика такова, что под патронат родные братья и сестры идут только вместе. В Степногорске был случай, когда патронатные воспитатели взяли в семью сразу трех братьев. Такие формы, как опекунство и патронат, используются у нас достаточно активно, хотя лично мне не очень понятно, как можно объяснить ребенку, что мама и папа у него временные (а воспитанники детского дома каждого, кто заботится о них, уже воспринимают как маму и папу). Но даже на таких условиях дети стремятся удержаться в семье, и, как говорят сотрудники детского дома, пока лишь одна девочка вернулась назад, не ужившись со своими опекунами. Однако вот что поражает: несмотря на непрерывное «движение» детей, их количество в детском доме меньше не становится. Статистика пугающая: настоящих сирот здесь не более 10%, а все остальные – это «отказные» дети и те, чьи родители лишены родительских прав по суду, иначе говоря, сироты при живых родителях. Причем, зачастую даже потеря детей не действует на родителей отрезвляюще. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон. В детском доме вспоминают, как однажды позвонил один такой родитель и поинтересовался – нет, не тем, как живется его ребенку, а тем, почему с него взыскивают алименты в пользу этого ребенка, в то время как ему самому необходимо выплачивать кредит. Еще хуже, когда такие родители, изредка вспоминая о существовании ребенка, приходят с обещаниями забрать его домой. Выйдя за порог, они тут же забывают о своем обещании, а ребенок верит и ждет...
И все же неправильно было бы думать, что у наших детей, уехавших за рубеж, все так уж радужно. И хотя таких шокирующих известий, как в России, мы не получали, но известно, например, что Миша, усыновленный несколько лет назад американской семьей, не ужился со своими приемными родителями и был передан в другую семью. Трудно даже представить, что чувствует ребенок, которого, словно куклу, передают из рук в руки. Но тут его бывшие педагоги уже ничем не могут помочь. А вот за судьбами детей, принятых в семьи наших горожан, они следят очень пристально. Впрочем, даже если ребенка взяли в семью – это еще не является гарантией того, что его дальнейшая жизнь сложится более удачно, чем жизнь тех детей, что продолжают воспитываться в детском доме. Сами бывшие воспитанники детского дома говорят по этому поводу так: не важно, где рос ребенок – в родной семье, в приемной или в детском доме. Воспитанники детского дома подчас имеют даже больше заботы и внимания, чем «домашние» дети, чьи родители вечно заняты служебными и бытовыми проблемами. Выходит, будущее ребенка, в первую очередь, зависит от генов, заложенных при рождении, от характера, от наличия силы воли, а уж потом от обстоятельств. Зачастую при равных стартовых возможностях не блиставший способностями ребенок добивается в жизни большего, чем его способный одноклассник. Вот, например, Инна хорошо училась в школе, писала стихи, активно занималась общественной работой. Была, так сказать, перспективной девочкой. И даже с жильем у нее было все в порядке - сотрудники детского дома помогли ей отсудить квартиру в Щучинске, оставшуюся после смерти матери. Казалось, за ее дальнейшую судьбу можно было не переживать. О том, как она живет сейчас, педагоги и бывшие воспитанники детского дома узнали из телесюжета КТК. Оказалось, Инна не выдержала испытания свободой. Она бросила учебу в колледже, по собственной вине потеряла квартиру и теперь с двумя детьми живет в одном из щучинских КСК, куда ее пустили из жалости.
А некоторым детям ломают жизнь комплексы, нажитые еще в детстве. Похоже, именно так случилось с девочкой по имени Диана. Когда-то мать Дианы, предпочитавшая дочери младшего сына, добровольно отказалась от нее. С тех самых пор Диана всегда стремилась подражать мальчишкам, тщетно надеясь заслужить расположение своей мамы. Она и вела себя соответствующе - прославилась на весь Степногорск частыми побегами из детского дома. Бегала до тех пор, пока не угодила в специнтернат. Там девочка в полной мере смогла ощутить разницу и оценить то, что имела в Степногорском детском доме. Вернувшись через год, Диана резко изменила свое поведение: стала хорошо учиться, не отказывалась от помощи воспитателей. Но, едва вырвавшись из-под опеки воспитателей детского дома, она тут же бросила учебу в кокчетавском колледже и снова подалась в бега. И теперь уже некому отчитать ее за плохое поведение – Диана стала совершеннолетней и сама решает, как ей жить.
Однако не стоит думать, что подобные истории – обычное дело для воспитанников детских домов. Положительных примеров, когда эти дети добиваются в жизни успеха, значительно больше. Вот одна из таких историй. Когда восьмилетней девочкой Катя попала в детский дом, для нее это был самый настоящий шок. Два месяца Катя беспрерывно плакала, не могла спать, ни с кем не желала общаться, отказывалась от еды. Как она сама вспоминает, в то время ее переполняла обида на весь белый свет. Только спустя полтора года Катина мать вспомнила о существовании дочери и пришла повидаться, но Катя не захотела к ней выйти. Больше они не виделись. После 9 класса девочка поступила в колледж, но до его окончания продолжала жить в детском доме, поскольку идти ей было некуда. К тому времени ее дедушка умер, квартира матери оказалась проданной, а сама она исчезла в неизвестном направлении. Но Катю эти обстоятельства не сломали. Она окончила колледж и поступила на заочное отделение Кокчетавского института экономики и менеджмента. Причем при весьма скромной зарплате ночной дежурной Катя умудрялась самостоятельно оплачивать учебу. Страшно жить без поддержки семьи, признается Катя, но жалости она не приемлет и ничего ни у кого не просит. Сегодня девушка работает педагогом дополнительного образования в родном детском доме, получает второе высшее образование (на этот раз педагогическое), которое тоже оплачивает сама. Непрерывная учеба не помешала на редкость целеустремленной девушке купить пусть небольшую, зато собственную квартиру. И более того, Катя взяла под патронат двух девочек из детского дома. Вот вам и «несчастный» детдомовский ребенок! Единственное, что омрачает ее жизнь, - это отсутствие сведений о маме. Все детские обиды давно в прошлом, и Кате очень хочется ее найти.
И Катя не одна такая. Коллектив Степногорского детского дома гордится Надей, которая в настоящее время занимает достаточно серьезную должность на СПЗ. А еще есть Тоня, которая до 9 класса училась в коррекционной школе, но, желая для себя лучшей доли, чем можно было бы ожидать, окончила сначала вечернюю школу, а затем вуз, работая при этом кастеляншей в том же детском доме. Тоня не только сама оплатила учебу, но и сумела купить квартиру в кредит. Сейчас она замужем и является мамой замечательного малыша. Многие ли дети, выросшие в семье, так продуманно строят свою жизнь?
Между прочим, стремление взять на себя ответственность за других – далеко не редкость среди выпускников детского дома. Например, Аяжан - сирота с 13 лет - твердо идет к намеченной цели - получить образование, устроиться на работу и помогать брату, который пока еще остается в детском доме. Хочется надеяться, что все у нее получится. А Роман женился на девушке, у которой уже был свой ребенок. И хотя теперь в молодой семье появился общий малыш, Роман, привыкший в детском доме жить одной большой семьей, без различия родства, также не видит разницы между своим и чужим ребенком, заботится о нем как о собственном. Он мечтает лишь об одном – поскорее купить квартиру побольше, чтобы всем членам семьи было комфортно. Кстати, бывшие воспитанники детских домов, говорят педагоги, как правило, создают семьи именно с «домашними» детьми. Кристина, например, целых одиннадцать лет прожила в детском доме. Но это не помешало ей стать заботливой мамой, создать крепкую семью. И вот что важно: несмотря на то, что собственная семья оставила ее когда-то в детском доме, Кристина не затаила зла и поддерживает добрые отношения с отцом и бабушкой.
Проблема номер один для бывших воспитанников детского дома – это, конечно же, жилье. По законодательству выпускники детских домов имеют преимущество в очередности на получение жилья, в том случае, разумеется, если акиматы этим жильем располагают. Детям из степногорского региона и иногородним детям, продолжающим обучение в степногорских учебных заведениях, повезло немного больше – по крайней мере, до достижения 23 лет они имеют возможность проживать в молодежном общежитии «Жастар», где для них созданы очень хорошие условия. А сиротам, которым квартиры положены по наследству, сотрудники Степногорского детского дома нередко помогают отстаивать свое право на жилье в суде. Говорят, душа болит за каждого выпущенного из-под крыла ребенка. Вот, например, Галина Иосифовна Николаева уже 10 лет работает воспитателем. За эти годы она выпустила в большую жизнь 13 детей и знает, как сложилась жизнь каждого из них. Они частенько звонят, приходят посоветоваться (а к кому им еще идти?), приводят познакомиться своих детей. Галина Иосифовна первая узнала, что ее бывшая выпускница собирается рожать, не будучи замужем. Та приходила к своей «второй маме» за советами и получала не только советы, но и практическую помощь. «А что делать? - говорит Галина Иосифовна. – Каждый сам набивает свои шишки. Мы за них их жизнь не проживем. Мы сделали все, что смогли, а дальше уже все зависит от самих ребят». По мнению Галины Иосифовны, все же очень много воспитанникам детского дома дает то обстоятельство, что здесь они живут «семьями», где вместе воспитываются дети от 4 до 18 лет. Старшие учатся проявлять заботу о младших, а все вместе учатся жалеть и понимать друг друга. Это в какой-то мере помогает снять «синдром иждивенчества», который способен превратить ребенка в потребителя и разрушить его дальнейшую жизнь. Разумеется, поначалу не все хотят подчиняться установленным правилам, но со временем дети привыкают, и для них это становится нормой поведения. Галина Иосифовна вспоминает, как однажды на улице встретила своего бывшего воспитанника. Рома хлопотал возле пожилой женщины, которой явно было плохо. Он снял с себя куртку, свернул ее, положил женщине под голову и не отходил, пока ту не забрала «скорая помощь». Галина Иосифовна подумала было, что это его знакомая или родственница, но нет, Рома заботливо ухаживал за чужим ему человеком, в то время как десятки людей равнодушно проходили мимо. «Вот тогда я поняла, что все-таки не зря мы здесь работаем», - говорит Галина Иосифовна.
А бывает и так: сначала дети рыдают, потому что не хотят оставаться в детском доме, а потом рыдают, потому что не хотят отсюда уходить. И в самом деле, посмотришь на иную семью и задумаешься, что для ребенка лучше - быть голодным и несчастным рядом с родителями-алкоголиками или сытым и с богатым набором детских радостей в детском доме. Некоторое время назад в Степногорском детском доме появился подросток по имени Алеша. Его история типична. Мальчик давно забросил учебу, бродяжничал, его то и дело вылавливали и возвращали домой, где Алешу особо никто не ждал. Мать, лишенная по суду родительских прав, сама привезла сына в Степногорский детский дом, горестно причитая при этом: «Ой, сыночек, как же ты тут будешь?». Педагоги боялись, что подросток, с лихвой хлебнувший свободы, будет пытаться бежать, и поначалу все его передвижения тщательно контролировались. Однако опасения оказались напрасными. Мальчик, отмытый, откормленный и обласканный, очень скоро привык к нормальным условиям жизни и теперь уже ищет варианты, как бы задержаться в детском доме подольше. А на днях из Щучинского дома малютки привезли трехлетнего Толика, от которого отказалась родная мать. Малыш, понимая, что его оставляют в чужом месте, с чужими людьми, обреченно сидел на стульчике, прикрывая ручонками лицо. Наверное, ему было страшно смотреть на этот жестокий мир, где он не нужен самому родному человеку на свете. Как сложится его судьба?
 
Надежда КАХАНОВА
Просмотров: 587 | Добавил: Admin | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar